Жил-был миллиардер. Звали его Георгий Александрович. Был он чертовски удачлив и денег столько, что можно откупиться от дьявола. Но вдруг ноябрьским днём он встречается с тенью из своего прошлого. Случайно попавшаяся ему на глаза "девятка" всковырнула воспоминания, которые он четверть века давил в себе. Сможет ли он откупиться от прошлого? Да и остались ли люди, которые могут его понять и просить? Или теперь его судьба – разыскивать всех владельцев ржавых "девяток" и дарить неизвестным людям всё, что он заработал?
Георгию Александровичу неделю назад стукнуло 51 год. Для своего возраста он выглядел, как звезда Голливуда. Высокий и крепкий мужчина в самом соку. Нет ни пивного пуза, ни мешков – «авосек» под глазами, ни сгорбленной осанки. Из-за подтянутой спортивной фигуры любая одежда на нём сидела, как влитая. Седые волосы и гладко выбритое лицо особенно ярко подчёркивали его изюминку: серые глаза, смотрящие на всех, будто волк на добычу.
Если бы объявили кастинг на роль «Крёстного отца», кандидатура Георгия Александровича стала бы фаворитом. Быть может потому, что на самом деле он и являлся таким крестным отцом? Правда все его кровавые разборки с вендеттами остались в «святых девяностых». Сегодня всё более чем респектабельно и законно: дорогие костюмы; эксклюзивные тачки; минимум две машины охраны и телохранители с выправкой спецслужб; шикарные виллы и яхты; встречи в ресторанах или загородных резиденциях; чемоданы денег для взяток; прикормленные силовики, судьи и чиновники. Когда на счетах миллиарды, вариантов, как их сохранить и преумножить, до фига. Чтобы разобраться с конкурентом не нужен автомат. Достаточно возбудить уголовное дело и передать его нужному судье. Или натравить активистов, экологов, журналистов. Или дать взятку нужному человечку.
Всё это Георгий Александрович проделывал без эмоций. «Надо – значит возможно!» – так любил он повторять. В его лексиконе отсутствовали слова и понятия, как: «невозможно», «нельзя», «жалко», «нет времени», «совесть». За это его одновременно и боялись и уважали. Его презирали и ставили в пример. Пример того: как подняться из грязи и, став «князем», не потерять адекватности и деловой хватки. Деньги не развратили его. Напротив: он приумножил свой капитал и, казалось, ничто на этом свете не могло ему помешать.
В один из ноябрьских деньков он возвращался из Луги. В этом городе располагался один из его заводов. На предприятие пришлось выехать лично, дабы показать завод новому министру. После всех презентаций, Георгий спешно уехал. Следующее место назначение – Аэропорт Пулково. Вылет в Москву через 5 часов. Опаздывать нежелательно: встреча очень конфиденциальная. Нужно передать один чемоданчик, плотно набитый зелёными купюрами. Если этого не сделать сегодня – вкусный госзаказ уйдёт к конкуренту, у которого для таких встреч также припасён нафаршированный «зеленью», чемоданчик.
– Костя, что по трассе? – спросил Георгий, вальяжно расположившись на заднем сиденье одного из Mercedes своего кортежа.
– Георгий Александрович, пока успеваем! – отрапортовал его телохранитель. Костя только месяц назад пошёл на повышение. Потому уж очень ему хотелось во всём угодить боссу и дальше заведовать службой личной охраны. А там – кто знает? Если Георгий Александрович кому доверится, то через пару лет может поставить руководить одним из своих бизнесов. Ведь именно так начальник Кости пошёл на повышение и теперь рулит крупным предприятием.
– Ехать больше 100 км. Ты голову-то включай. Нормальная дорога по Киевскому шоссе только возле Питера. А мы где едем?
– К Мшинской подъезжаем. – ответил Костя.
– Понятно. – буркнул Георгий.
Не любил он эту точку на карте. Хоть иногда приходилось здесь ездить, он будто выключался, чтобы по-быстрее проскочить этот район. Места по своему красивые, но глухие: одни болота вокруг. Площадь болот – одна из самых больших в Ленинградской области. Те населённые места, которые они в данный момент пересекали по трассе – посёлок Мшинская и дачные участки, которые раньше выдавались рабочим ленинградских заводов.
– Проскочим? – недовольно произнёс Георгий видя впереди небольшую пробку.
– Какой-то чудик на старой девятке заглох. Прям по середине дороги.
Судя по внешнему виду, вишнёвую девятку лет пятнадцать как заждались на свалке. Как не пыхтел над капотом хозяин, автомобиль не двигался с места. Сцена выглядела довольно комично: мужичок лет шестидесяти громко матерился на мотор. Что-то дёргал внутри. Потом резко поднимал руки вверх и с той же скоростью опускал вниз, будто делая странную гимнастику. После этого снова копался в капоте и, снова посылая всё и вся, размахивал руками.
Проезжая мимо девятки, ставшей причиной маленького затора, Георгий не мог не глянуть на эту машину: слишком много шума образовалось вокруг.
Неожиданно, его волчий взгляд выцепил висюльку на зеркале заднего вида. Эта была выцветшая от времени, рыбка. Такие игрушки лет 30 назад делали из капельниц и они болтались посреди лобового стекла чуть ли ни в каждой машине.
Рыбка. Вишнёвая девятка. Мшинская. Водиле под шестьдесят.
– Валера?! – как бы сам себе задавая вопрос, вскрикнул Георгий.
– Кто? – от неожиданности вытаращился на него Костя.
– Останови машину, у той девятки. Ну! Останови!!! – ни с того ни с сего заорал на него шеф.
Такие приказы не обсуждались. Оба Mercedes вжали педаль тормоза почти синхронно. Георгий чуть ли не на ходу выпрыгнул из авто и побежал к девятке.
