– Куда хочешь, туда и иди, но чтобы все купил!
Я тебе тут список приготовила.
Она бросила на кровать лист бумаги.
– Ты прямо как мачеха из сказки…
Не дослушав его, она ушла. Лежащая у кровати собака подняла морду и с сочувствием посмотрела на хозяина. Он снова закрыл глаза.
«Сейчас… Еще немного полежу – минут пять или десять…»
Превозмогая головную боль, он вылез из-под одеяла и медленно начал собираться.
«В такой день хороший хозяин собаку…»
– Без продуктов домой не приходи! – раздался крик из кухни.
С третьей попытки он натянул валенки, влез в пуховик и, нащупав в кармане вязаную шапку, открыл входную дверь. «В регионе наступили аномальные холода, средняя дневная температура будет держаться на отметке…» – донесся из гостиной звук телевизора ему вслед.
На улице действительно стоял мороз. Ближайший супермаркет был в двух километрах. Сокращая расстояние, он пошел через заснеженный парк, оставляя скрипучие следы на нечищеной дорожке. Скоро холод дал о себе знать, и он остановился, хлопая в ладоши в попытке согреть руки. Вокруг не было ни души. Ему стало одиноко и страшно. Неожиданно вдали, среди деревьев, мелькнуло пламя костра.
«Костер в парке?» – удивился он и, подчиняясь необъяснимому любопытству, повернул в направлении огня, застревая в сугробе.
На поляне вокруг большого костра на бревнах молча сидели люди, одетые в тулупы и валенки. В тишине раздавалось лишь потрескивание горящих веток. Мерцающий свет поочередно выхватывал из темноты то их серьезные лица, то меховые шапки.
– Здравствуйте, – нерешительно произнес он.
Один из сидящих повернул голову, поправил густую бороду и басом, нараспев, ответил: «Здравствуй, коли не шутишь».
– Погреться можно?
– Ну, давай, – пригласил бородач. – А ну-ка, Десятый, подвиньтесь.
Все, кто был справа, потеснились, и он занял освободившееся место.
От костра шел жар. Зажатый между Десятым и его соседом, он быстро согрелся.
– А вы кто? – попытался он завязать беседу с незнакомцами, желая отблагодарить за гостеприимство.
– А ты не знаешь? – хрипло сказал Десятый.
– Нет, – ошарашенно ответил он.
Раздался дружный смех.
– Вот видите, Двенадцатый, – донесся громкий голос из темноты, – я вам, как самому старшему, в очередной раз напоминаю: многие нас не знают!
– Вы все же так считаете? – спросил бородатый, делая ударение на слове «так».
– Поддерживаю, – сказал моложавого вида сидящий слева от Двенадцатого. – А скоро и совсем забудут.
– Первый, у вас опять возрастные упаднические настроения! Это уже случилось, – сказал молодому Девятый и достал из глубины своего тулупа напоминающую подтаявший кусок льда бутылку с оленями на этикетке. – Коллеги, может, стоит продолжить?
Послышались одобрительные возгласы.
Ему протянули граненый стакан и налили из бутылки, которая тут же пошла дальше по кругу.
Он залпом осушил стакан. Напиток слегка обжег горло, создав приятное тепло в желудке. Стало хорошо.
– Ну что, бедолага, опохмелился?
– Да, я, а откуда вы?..
Мы всё знаем, – лукаво подмигнул Двенадцатый. – С Новым годом тебя! Все-таки сегодня уже первое янв… То есть первый день года.
– Да кто вы такие?
– Мы – месяцы.
Он замотал головой, пытаясь стряхнуть наваждение.
– Думаешь, мы шутим?
– Те самые?
– Да. Они и есть.
Тут Девятый достал новую бутылку из безразмерного рукава своего тулупа, а он снова протянул свой стакан.
«Интересная мысль», – подумал он, выпил и оглядел сидящих.
Их оказалось двенадцать.
– И тебя мы знаем, и куда ты идешь знаем, – сказал Десятый.
– Подождите, это я сплю, наверное.
– Не спишь.
– Да нет, меня сейчас жена разбудит – и…
– Жена тебя без продуктов домой не пустит, – хохотнул кто-то слева. – Уж мне-то поверь, я женщин хорошо знаю!
Он посмотрел налево. «Похоже, что это Третий. Если про жену, то он прав. Но как все это возможно?!»
– Еще как возможно, – сказал Третий.
«Мысли читают!»
– Ага, читаем, – подтвердил Девятый.
Ему стало не по себе.
– Пора мне, – с испугом сказал он, пытаясь подняться.
– Не спеши, – сказал Первый. – Тебе сегодня повезло.
– В смысле?
– У нас сегодня день особенный! – продолжил за молодого Двенадцатый. – Государство ваше отменило нас с сегодняшнего дня. И решили мы, что напоследок хотя бы одно доброе дело исполним, как когда-то давно. А тут ты. Вот тебе и поможем. Цветы или продукты, какая нам разница.
– Мне?
– Тебе, конечно. Магазин твой уже закрыт. Но ты не дрейфь, Четвертый все организует.
– Коллеги, позвольте, ну почему опять Четвертый? – послышался раздраженный голос.
– Я уже сказал, что в данной ситуации не существует определенных различий между продуктами и цветами, – резко сказал Двенадцатый. – Ну или кольцами.
Четвертый махнул рукой и отвернулся.
Он не мог поверить в происходящее.
– Мне непонятно, как же вас всех можно отменить? Раздался хохот.
– Вот бедолага, пить меньше надо. С этого года месяцы отменили, законом.
– Не знал.
– Ой, говорю тебе, пей меньше. Об этом еще осенью по всем каналам сказали.
– По всем каналам?
– Эх! А ты только сегодня про аномальный холод и слышал.
– Да, но я спал.
– Во-во, всё спите. А теперь мы вам больше не нужны. Руководители ваши решили, что так жить будет удобнее.
– Как это?
