Вырисовывающийся в ходе допроса Павла Кудинова (“Протокол допроса” от 14 апреля 1945 г.) ход Вешенского мятежа полностью совпадает как с тем, что говорил на допросах Харлампий Ермаков, так и с той картиной возникновения и развития восстания, как она представлена в “Тихом Доне”.
В “Просьбе о помиловании”, направленной им в 1954 г. в Президиум Верховного Совета СССР, Кудинов сообщает дополнительные подробности о предыстории и ходе Вешенского восстания. Кудинов подробно останавливается на обстоятельствах, которые привели к открытию линии фронта верхнедонцами перед наступающей Красной Армией осенью 1918 г.
В конце декабря было распространено воззвание Троцкого следующего содержания: “Товарищи офицеры и казаки! Оставайтесь на местах! Против оставшихся казаков никаких репрессий проявлено не будет, а офицеры будут приравнены к офицерам Красной гвардии”. Это воззвание возымело свое действие. Многие остались на местах. Время шло... Красная армия проходила на юг и держала себя достойно уважения. Но когда прибыл трибунал, то положение крайне изменилось”.
Решение верхнедонцев покинуть фронт нанесло тяжелый удар по “белому” движению. Бывший начальник разведывательного и оперативного отделений штаба Донской армии, “Генерального штаба полковник” Добрынин характеризует эту ситуацию так: “В декабре войска Верхне-Донского округа, минуя командование, начали мирные переговоры с советским командованием и разошлись по домам, образовав к 25 декабря (7 января) громадный прорыв, открытый для советских войск”. Боевой состав Донской армии сократился с 49,5 тысячи до 15 тысяч к 15 (28) февраля 1919 года.
Хотя в процессе переговоров командование Красной Армии обещало не вводить войска на Верхний Дон, а двигаться к Новочеркасску, они тут же начали продвигаться в образовавшийся прорыв, и весь казачий фронт спешно отошел на линию Донца. Верхне-Донской округ оказался в тылу Красной Армии, захватившей почти весь Дон.
