В одурение народ начал приходить тогда, когда президент, обладавший огромным ресурсом доверия западной и центральной части страны, и запуганной лояльностью востока, стал не упускать ни одного шанса упустить шанс.
Список того, что было обещано, но не сделано Ющенко, может занять не один номер.
В результате сейчас мы видим страну, всё ещё воспринимаемую Западной Европой как держава третьего мира. Нефтегазовые скандалы с соседом, суть которых состояла в дележе первыми лицами братских стран «чёрного нала», коррупция, вновь достигшая уровня самого дремучего кучмизма, сопоставимая с показателями центральноафриканских государств, дальнейший расцвет СПИДа, рост правоэкстремистских течений, едва ли не рекордный в мире кризисный провал экономики, дальнейшее гниение системы медицины и образования, продолжение депопуляции.
Неслучайно сейчас гражданам демократической Украины получить шенгенскую визу куда сложней, чем туристам из России. О том, что цель, которую планировалось достичь к 2010-му году – вступление в Евросоюз – так и осталась мечтой, говорить не приходится.
Имеет смысл остановиться на другом – личном поведении первого лица.
Мало кто знает, что где-то с начала 2006-го года Ющенко взял моду учить население: «Думай по-украински!», «Я хочу, чтобы граждане Украины поняли…», «Моя нация», «Главное – не терять надежды!». Кому будет приятно подобное обращение?
При этом, когда в обществе была масса нерешённых социальных проблем, ничто не интересовало Ющенко больше, чем восстановление «исторической справедливости», то, как он её на своём уровне понимал.
В результате был раздут культ героев – Мазепы, Петлюры, Бандеры. Половине Украины эти герои антипатичны, но главное в другом – все трое были проигравшими. Таким образом, украинцам прививался комплекс неудачника.
Презентация голодомора как главного события украинской истории приводила, во-первых, к тому, что таковая стала видеться в слишком мрачных тонах, во-вторых, конструировала у жителей новой демократии синдром жертвы, не субъекта истории, а объекта издевательств, что развивало комплекс национальной неполноценности.
Вместо того, чтобы, имея большинство в парламенте, по-тихому принять закон о выплате ветеранских надбавок бывшим бойцам УПА, регулярно на 9 мая президент косноязыко вещал о всемирно-историческом значении бандеровцев, тем самым раздражая просоветски настроенных людей, и, фактически, стравливал ветеранов, усиливая общественное противостояние.
Ну и, конечно, анекдотом являлось раскручивание Ющенко откровенно мракобесной идеи о том, что украинцы произошли от трипольцев. Семитский народ, создавший трипольскую археологическую культуру, пришёл на территорию среднего Приднепровья из Месопотамии задолго до славян и принёс туда развитое по тем временам общество. После чего трипольская культура была полностью уничтожена. Однако, невзирая на аргументы историков, археологов и антропологов, Ющенко продолжал развивать этот фантастический тезис, основываясь на том, что узор ворота украинской сорочки идентичен орнаменту на глиняных сосудах трипольцев.
В общем, мои знакомые киевляне уже к 2008-му году приобрели особую национальную гордость, хвалившись тем, что «из всех восточноевропейских стран у нас самый глупый президент».
Результат второго тура печален, но, несмотря на это, ясно, что этими выборами украинский народ доказал свою зрелость. В стране настала эра городских. А наступила она благодаря одному действию, а, точнее, бездействию, которое заставляет говорить об уходящем революционере с уважением. В отличие от предшественника, а также его теперешних восточнославянских коллег, Ющенко не душил Украину.
– Прошло девять месяцев с того момента, когда, благодаря Вашей инициативе, делегация граждан Российской Федерации[1] прибыла в Киев на Круглый стол. После этого возник диалог, который продолжается в Интернете. И как бы Вы оценили ситуацию по прошествии этих девяти месяцев? Каковы были ожидания, каковы реальные результаты?
