Они провели вместе необыкновенный день, но к вечеру путь обогнул лес и завершился там, откуда начался. Странник обещал вернуться в следующем году и спросил, увидятся ли они когда-нибудь ещё. Ива таинственно ответила, что туманный край будет ему рад, и одарила спутника частицей леса, надев на его руку сплетённый по пути венок. Второй остался на её запястье.
Они попрощались на закате. Ива провожала его печальным взглядом, пока он не растворился в золотистой дымке. Она знала: им больше не увидеться.
Иве редко доводилось бывать на краю леса. Лишь желание послушать истории приглянувшихся ей странников влекло к границе, за которой обрывался её туманный мир. Она не покидала край, пока огненная нить заката не растаяла на горизонте. Тогда Ива повернулась к лесу. Ожидал томительный обратный путь.
Она отыскала свою мантию и накинула на плечи. Тусклый свет остался позади, и темнота чащи поглотила силуэт. Лес ожил в густом туманном вихре, где старые деревья в мгновенье истлевали, но молодые хрупкие побеги тотчас восполняли дебри. Пыль таяла в круговороте снега и дождя. Лес перерождался, минуя целые столетия. Тени вернули лицу Ивы глубокие морщины. Золото её волос осыпалось, сменившись сединой. Побледнели зелёные глаза. Сгорбившись, Ива стала ниже и подобрала посох, словно в ожидании владелицы мерцающий в траве. От прежнего венка на нём не осталось даже пыли. Не изменился лишь венок, что был сплетён в пути.
Подобно ветру, странники угасающих времён смутными тенями проносились мимо. И сама Ива была для них неуловимой тенью, плывущей сквозь туман. Её юность растаяла в последнем свете за пределами лесного сумрака. Молодость переродилась в неосязаемую силу, преображающую лес. В расплату за мгновенья тленной жизни хранительница леса отдавала целую эпоху, ускользающую в миг её возвращения домой.
Увядающая Ива поднялась на холм, окутанный теплом весны. Новые деревья не успели сомкнуть ветви над поляной, отчего свет наполнил дымку переливами. Хранительница леса сняла с запястья свой веночек, и символом сменившихся веков он занял место прежнего кольца. Возможно, пока она возвращалась, странник, чьё время шло обычным ходом, не раз бывал в туманном крае, но его встречала лишь опустевшая поляна. Где бы ни пролегал его короткий путь, он давно был завершён в вихре пронёсшейся эпохи.
С вершины Иве открылся необыкновенный новый мир. Там, где прежде простирались волнистые холмы, теперь, подобно лесу, рядами выросли высокие строения, обрамлённые зелёными садами. Бескрайний город ослеплял отблесками металла и стекла, лишь синева великой тени неспешно разделяла холодное сияние. Границы города объяли каменистое предгорье, не вторгаясь во владения духа. Впервые видя город, подобный обрисованному странником, хранительница леса любовалась обновлённым миром и думала о том, что готовит новый век.
Накинув капюшон, она остановилась в самом сердце леса, где и растаяли её последние жизненные силы. Но вместо обращения в пыль она окаменела. Дух покинул камень и едва уловимым дуновением оживил дремлющие кроны. Лёгкое волнение наполнило весь лес. Дух был всюду. В каждом дереве, каждой травинке и тумане. Шёпот леса, порождённый ветром, был готов к встрече новых покорителей горы.
Шестопалов Александр
Андреевич – пенсионер, родился 4 декабря 1937 года в городе Ростов-на-Дону. В 1963 году окончил Ленинградский политехнический институт им. М. И. Калинина по специальности «Строительные и дорожные машины и оборудование». С 1994 года профессор кафедры подъёмно-транспортных и строительных машин, с 2010 года заслуженный работник высшей школы Российской Федерации.
Р. S. Подробности в романе «Не понравилась прежняя жизнь?..».
Полетела как-то внучка Бабы-яги на тусовку, революцию делать. Цветную или чёрно-белую – какая получится. На реактивной ступе, метлу с собой взяла – память о бабке. А ступа современная – быстро до первой космической разогналась.
Только внучка на трассу не смотрит, новой ступой управляет плохо, в центре подготовки космонавтов не обучалась. Как траекторией полёта управлять, не знает. Так, на глазок ориентируется.
Засмотрелась на звёзды, ударилась о МКС и выпала из ступы. Хорошо, метла была под рукой. Обхватила ногами покрепче, дальше летит. А ступа как грохнулась на землю – полдеревни снесла. Хорошо, что деревня была забытая, никто там не живёт, наверное. Внучка Яги посмотрела вниз: «Это моя первая ступень упала!»
А на станции МКС трещина появилась, и кислород стал потихоньку утекать.
Внучка Яги летит дальше, уж на метле, теперь по звёздам ориентируется, чтобы опять с чем-нибудь не столкнуться.
Вспомнила внучка, как ей бабушка рассказывала о том, что она в прошлом веке, тоже по молодости, засмотрелась и в месяц врезалась: «Метла в сторону. Едва успела за конец полумесяца ухватиться. Вишу, молчу – кричать некому. Хорошо, месяц за горизонт уходил. Тут я и спрыгнула на землю.