Наконец, 16 мая 1703 года на острове Янни-Сари (Заячьем) была заложена Санкт-Петербургская крепость, позже названная Петропавловской. Но царь понимал, новая крепость в дельте Невы не решит всех проблем борьбы со шведами и смело пускается в море к острову Ретуссари (Котлин), лежащему на пути к будущему Петербургу. Он лично промеряет фарватер и закладывает крепость Кроншлот. В следующем году, после взятия Тарту и Нарвы, наступает время и появляются возможности для строительства крупных линейных кораблей, способных сразиться со шведскими. Отсутствие достойной морской победы неослабно тревожило Петра...
Петр, считавший себя на службе, время от времени отличал себя сухопутными и морскими чинами. Так, после победы под Полтавой, увенчанный чином генерал-лейтенанта и шаутбенахта, Петр тем не менее просит именовать себя «корабельным контр-адмиралом».
Петр I — Федору Апраксину, адмиралу:
Даже в 1713 году, когда Петр стал полным генералом, он все еще контр-адмирал и с борта корабля пишет жене Екатерине: «...на степи пожалован во флагманы, а на море в генералы». Но последующие громкие победы на море привели к желаемому: Петр достиг высшего в своей карьере чина вице-адмирала — второго флагмана.
1 мая 1715 года в центре новой столицы на стапеле Адмиралтейства Петр спустил на воду свой третий по счету флагманский корабль — 64-пушечный, двухпалубный линкор «Ингерманланд» и поднял на фор-стеньге свой синий вице-адмиральский флаг с андреевским крестом в крыже. На этом корабле «адмирал синего флага» Петр Михайлов, он же император Петр I, находился во время военных кампаний 1715, 1718, 1719 и 1721 годов. Еще этот корабль был флагманом соединенного англо-голландско-датско-русского флота, плававшего на Балтике под штандартом Петра...
Усилиями Петра I и его соратников, неисчислимыми жертвами россиян всего за 30 лет царство бородатых крестьян превратилось в великую империю с новой столицей и с самым могучим на Балтике флотом. К 1721 году уже была превышена мощь шведского флота по числу корабельных орудий. Всего же за 30 лет было построено 111 линейных кораблей, 38 фрегатов, 60 бригантин, 67 галер и множество других судов. Новые крепости стали прочной опорой флоту на Балтийском море.
«Петр I, — доносил своему королю французский посол Кампредон, — один из северных государей в состоянии заставить уважать свой флаг...»
Глава V
Полчаса спустя «Вирома», равномерно покачиваясь, двигалась на всех парах на юго-запад. Длинная узкая полоса Метсаны таяла по правому кормовому борту, постепенно растворяясь во мраке. Странно, но тайфун по-прежнему держался стороной и ураганный ветер не возвращался. Скорее всего, они шли в направлении шторма, сквозь который им рано или поздно было уготовано прорываться.
Приняв душ и с громадным трудом соскребя с себя остатки нефти, Николсон стоял на мостике у окна, беседуя со вторым помощником, когда к ним подошел капитан Файндхорн. Он слегка похлопал Николсона по плечу.
— Пойдемте на пару слов в мою каюту, мистер Николсон, если не возражаете. Вы ведь справитесь один, мистер Баррет?
— Да, сэр, конечно. Я дам вам знать, если что-нибудь случится?
— Обязательно.
Файндхорн прошел сквозь штурманскую рубку в каюту рядом с мостиком, закрыл дверь, проверил, задвинуты ли светонепроницаемые люки, включил свет и рукой указал Николсону на небольшой диван. Затем открыл стенной шкаф и достал два стакана и непочатую бутылку «Стэндфаста». Сорвав с бутылки пломбу, он на три пальца наполнил каждый стакан и протянул один Николсону.
— Хлебните-ка, мистер Николсон. Видит Бог, вы за служили это и несколько часов сна сразу, как выйдете отсюда.
— С удовольствием, — пробормотал Николсон. — Но не раньше, чем вы проснетесь. Вы же всю ночь не покидали мостика. Не забыли?
— Хорошо, хорошо. — Файндхорн поднял руку, словно обороняясь. — Спорить мы будем потом. — Он посмотрел на Николсона поверх стакана. — Итак, мистер, как она вам показалась?
— «Керри Дэнсер»?
Файндхорн кивнул.
— Невольничье судно, — спокойно сказал Николсон.
— Помните арабский пароход, остановленный ВМС на выходе из Расэль-Хадда в прошлом году?
— Да, помню.
— Этот такой же, почти никакой разницы. Стальные двери по всему судну, включая главную и верхнюю палубы. Большинство открывается только с одной стороны. Базировалась «Керри Дэнсер», полагаю, где-то на островах. Недостатка в торговле вокруг Амоя и Макао не было.
— Двадцатый век, а? — тихо проговорил Файндхорн.
— Купля-продажа человеческих жизней.