– Ну как там в Первопрестольной? – спросил Гарц, поздоровавшись. Сел в кресло у столика, закурил, закинул ногу на ногу. – Надеюсь, Рогов жив-здоров? А Гальперин? – Гарц назвал еще несколько фамилий. – Ну, раз все на месте, значит, будем по осени с квотами… Правильно я, Игорь Палыч, говорю?
– Ну причем здесь Рогов, Гальперин?.. Ты же знаешь, Борис, кто распределяет лимиты у нас на Сахалине, – несколько нервно сказал Каратов. – Кстати, на следующий год наука обещала урезать ОДУ чуть не в два раза. Мне в Комрыболовства об этом говорили.
– Да что ты! Значит, квоты тоже урежут?
– Естественно! – усмехнулся Каратов, удивленный наивностью такого вопроса.
– Ну, я представляю, какая драчка будет следующей весною на рыбопромысловом совете, – сказал Гарц с такой интонацией в голосе, словно бы уже заворачивал рукава у рубашки, собираясь влезть в эту самую драку. Каратов поморщился, но промолчал. Будет драчка, не будет драчки… какая разница? У него, Каратова, двенадцать судов, и половина из них будет облавливать те квоты, о которых уже есть договоренность с Гальпериным. Гарц об этом, естественно, ничего не знает. Ну а другие шесть судов пусть ловят рыбу из тех лимитов, которые выцарапает здесь, на рыбопромысловом совете, Гарц. Конечно, с ним придется делиться, как это и было обговорено в ресторане "У Митяя". Ну да ведь договор – дороже денег… Он, Каратов, все равно останется при своих.
– Кого-нибудь уже нашел на "Академика Елистратова" вместо Кузнецова? – спросил Гарц, притушив сигарету. – Дай мне минералки, что ли… Так нашел или нет?
– Пока что старпом у меня за капитана, Павлюк. Ты его знаешь.
– Да, немножко…
– Я, кстати, вот зачем к тебе пришел, – вспомнил наконец Гарц цель своего визита. – Ты бы, Игорь, позвонил этому своему журналисту… О встрече бы договорился с ним, что ли…
– Зачем?
– Да так, просто. Посидите в машине, потолкуете… А заодно уж и передашь ему кое-что, – Гарц усмехнулся. – Только не говори, что от меня. Это ему пусть вроде сюрприза будет.
– А о чем вы сейчас пишите, Женя?
– О незаконном вывозе рыбопродукции за рубеж. А что?
– Надеюсь, вы не считаете меня браконьером? – удыбнулся Каратов.
– Лично вас… – Слово "вас" Шитов, сам того не желая, произнес с легким нажимом, – лично вас, Игорь Павлович, не считаю.
– Ну вот видите? – Каратов снова улыбнулся Шитову.– Я не браконьер, вы, по-моему, тоже этим не страдаете… Есть повод веселиться, как поется в песне, – И вынул из кармана конверт. – Возьмите. Это вам.
– Спасибо, не надо. Не заслужил, – хмуро отозвался Шитов.
– Ну что вы? Возьмите, возьмите!
