– А, уроки, – директор задумалась, но всего на пару секунд, – так что же уроки? Коллеги, кто ещё не получил задание?
– Я, – отозвалась я из-за спин физруков.
– Ах, Ирина Петровна, мы о Вас совсем позабыли. Где Вы ходите? Так как четырех руссоведов на телефонах, думаю, будет достаточно, то Вам, друг мой, мы и доверим проведение уроков первой смены. Ко второй мы должны управиться, и тогда все пойдут на свои уроки сами.
– А в как…каких классах мне нужно будет провести уроки, Татьяна Васильевна? – спросила я, запнувшись, не до конца понимая, что от меня требуется.
– Как в каких? Во всех классах. А, впрочем, да, одной Вам будет сложно, мало опыта. Но это ничего. Вот, сторож Иван Михайлович у нас без дела, с ним и проведете уроки. Пусть дети пока учебники почитают. А Вы с Иваном Михайловичем проконтролируете, чтобы они не поубивали друг друга… гм… да, то есть самостоятельно изучили материал. Благо, с учебниками у нас нет проблем. Да, хоть с чем-то нет проблем. Что делать, милейшая Ирина Петровна, такой сегодня день – важный день для нашей школы – показать, чего мы стоим как передовой коллектив района, да чего там, а может быть, и всего города.
Учительская опустела. Педагоги, распределившись группами, обозначенными директором, направились выполнять поручения руководства.
Я была в полной растерянности, но, боясь вызвать гнев директора, больше ничего не спросила, тоже вышла и стояла у дверей учительской, думая о невыполнимости задания.
Вышел и оставшийся голодным, но не рискнувший ослушаться и уйти с дежурства сторож Иван Михайлович:
– Ну что, Ирина Петровна, нелегкая у нас с тобой задача, – обратился он ко мне тепло и как бы по-отечески, – но не боись, я как-то один все классы усаживал, когда к нам депутат приехал на агитационное собрание. Думал, дети школу разнесут, пока педагоги его предвыборную речь слушали. А что делать, не принять нельзя, он от партии «Наша Россия», понимать надо, важный человек.
– Иван Михайлович, а Вы не подскажете, с чего весь сыр-бор, по каким объявлениям все звонят и что ищут? – спросила я в надежде хоть как-то прояснить ситуацию.
– Так тумбочку же, – отозвался совершенно обыкновенно сторож.
– Какую тумбочку? – недоумённо переспросила я.
– Как какую? Для Алевтины Альбертовны. Она наш куратор из городского комитета образования. У неё в кабинете тумбочки нет, ну, такой, чтоб бумажки всякие положить, вещи опять же, вот она нам и заказала. Но не всякая подойдет, надо чтоб и по цвету, и по размеру пришлась. Очень хороший человек эта Алевтина Альбертовна, уважаемый, давно в руководстве, но грозная больно, а у нас же проверка на носу, не дай бог не купить нам эту тумбочку…
Московский дворик
Где родился – пригодился,
Так в народе говорят,
Только юный пыл стремился
Примерять иной наряд.
Новый, яркий, незнакомый,
Удивительный фасон,
И из ткани недешёвой
Модельером скроен он.
Только в носке неудобный:
Тянет, колется и жмёт,
И тому он, видно, годный,
Для одёжки кто живёт.
Ну а кто не побоится
За мечтой хоть в голытьбе,
Где угодно пригодится,
Свой наряд вернув себе.
Ю. Сёмина
– Как красиво, мамочка! Я разуюсь у двери, чтобы не запачкать этот блестящий пол?
Я стояла у входа в аудиторию Московского университета, куда нас провёл, как на экскурсию, мой двоюродный дедушка, работавший там профессором истории, и не решалась зайти внутрь помещения в обуви.
– Да что ты выдумала, проходи, не разуваясь, – удивился дедушка Миша, заметив, как я присела, чтобы расстегнуть сандалии.
Выложенный геометрическими узорами блестящий паркет представшего перед нами помещения был похож на зеркальный ковёр, идти по которому в уличной обуви было жалко. «Ну, ничего себе, – думала я, осторожно ступая по гладкому, как стекло, полу, – такого я не видела никогда в своей жизни».
В мае я окончила первый класс, и мама привезла меня в награду за отличные отметки в столицу. Это было моё первое посещение самого главного города нашей страны. Здесь меня, тогда ещё советскую школьницу, приехавшую из небольшого провинциального городка, удивляло всё: и огромные высотные здания, и многочисленные машины на улицах, и аттракционы в «Парке Горького», и заморские животные в зоопарке, и эскимо с пепси-колой, и, особенно кремлёвские башни со звёздами, похожими на ту, которой мы украшали ёлку под Новый год.
