Следующим получить диплом об окончании университета марксизма-ленинизма встал с кресла и упруго пошёл по красному ковру молодой человек с россыпью золотых звёзд на погонах. Он шёл к столу президиума с уверенностью и внешним спокойствием, похожим на уверенность океанского боевого корабля, сквозь целесообразность форм которого, непосвящённому человеку трудно уяснить горячее усердие людей, их нервную силу, дающую железу корабля жизнь...
Annotation
Бирюков Анатолий Иванович
Бирюков Анатолий Иванович
Зигзаг Времен Или Время Собирать Камни
ЗИГЗАГ ВРЕМЕН ИЛИ ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ.
Анатолий Бирюков-Шкипер.
Повествование.
Следующим получить диплом об окончании университета марксизма-ленинизма встал с кресла и упруго пошёл по красному ковру молодой человек с россыпью золотых звёзд на погонах.
Он шёл к столу президиума с уверенностью и внешним спокойствием, похожим на уверенность океанского боевого корабля, сквозь целесообразность форм которого, непосвящённому человеку трудно уяснить горячее усердие людей, их нервную силу, дающую железу корабля жизнь.
Однако волнение молодого офицера можно было заметить по чрезмерному блеску глаз, некоторой торопливости движений и улыбке, готовой вот-вот выпрыгнуть из уголков красиво очерченных губ. Улыбка эта, в миг превратила бы его в сияющего юношу, ибо он был ещё совсем молод, но суровая необходимость привычки морского офицера быть сдержанным, уже поселилась в нём и делала его на вид старше.
Увидев его, Ирина Владимировна внутренне воскликнула:
-- Ну, Алёша, что дала Вам учёба, - потому что внезапно вспомнила тот его первый вопрос. Это он, напрямик и совершенно искренно, ошеломил на вводном занятии преподавателя.
-- Что даёт нам учеба в университете? Профессию, право на высшую должность или нечто общественно-полезное и потому неосязаемое... Так стоит ли учиться с прилежанием? - спросил он тогда.
-- Карьерист? Реалист? Прагматик? - мелькнуло у неё сразу же.
Она оценила его внешне: отчаянно красив, умён, и по-видимому, смел! Но всё это на первый взгляд: интуиция, и жизненный опыт. Ещё, подумала, что неплохо бы познакомить его с дочерью, но та далеко и студенческие каникулы нескоро...
Лекцию тогда читал Иван Михайлович, умница и обладатель мягкого природного юмора, благодаря которому мог любой фразе придать весёлые нотки. Он с ходу отпарировал, что если бы философией торговали в лавках, то, несомненно, торговцы ею были бы первыми богачами, ибо это предмет первой необходимости. Но как дикарь, не зная устройства телевизора, сможет пользоваться им, так и многие люди, не зная законов философии, пользуются её плодами в своих интересах. Вся беда в том, что, как и телевизоры бывают разных марок, так и философия может быть доморощенной, не научной.
-- Человек вообще, - продолжил Иван Михайлович, потрогав седой вихор, - стоит на трёх китах: правильном понимании жизни, профессионализме и здоровье. От того, какой философией вы владеете и насколько глубоко, зависит всё остальное. Поэтому, молодой человек, не вас повышать в должности, а говоря вашим языком, вы должны платить за дар мудрости, полученный здесь.
Увидев, что юноша смутился, Иван Михайлович примирительно закончил:
-- Но вы, конечно же, оплатите обществу... трудом, я не сомневаюсь, и вопрос ваш диалектичен... хороший вопрос.
С этого времени мысль Ирины Владимировны часто возвращалась к этому:
В общем, она пересмотрела всё и обратилась к людям.
-- Григорий Александрович, - спросила она как-то опытнейшего педагога и первого философа университета, - Что такое марксизм-ленинизм по вашему личному мнению?
-- Это добро с кулаками, - уверенно воскликнул он и весь потянулся вперёд к воображаемой аудитории. - Тысячи лет люди мечтали о лучшем устройстве жизни, а Маркс пришёл и сказал... Мир нужно и можно переделать, так чтобы он развивался не стихийно и не на потребу инстинктам, а строго по плану в добре и справедливости и сделают это коммунисты, не говорильней, а диктатурой пролетариата... Ну, что ещё? Да, Маркс сказал, а Ленин сделал! Правда чертежи нового мира не успел создать...
-- Спасибо, - поблагодарила Ирина Владимировна и подумала, - Штампует... Ясно и понятно, но штампует. Слишком хорошо усвоил, не понимает сомневающихся.
На миг ей показалось, что она видит полноводный поток жизни, блистающей великолепием нарождения количественных изменений, переходом их в качество, фейерверк взрывов старых форм, всплески противоречий, отход скорлупы старого и рост нового из слабых и часто пугающих ростков.
-- Что это я размечталась... Увидеть поток жизни, увидеть саму диалектику, это то же самое, что самой увидеть себя и без зеркала. Ленин писал, что и семидесяти Марксам это не под силу. Мы можем только определить закономерности, открыть их, чтобы тут же понять, что всё уже изменилось. Мы видим жизнь в луче прожектора диалектики и материализма. Но как же несчастны те, кто лишает себя и этого, одурманенные религией, идеализмом и доморощенной "мудростью"
Здесь она работала уже целых пятнадцать лет. Пришла молоденькой и счастливой женой с двухлетней Юлькой. Теперь ей тридцать восемь, дочь студентка, а мужа простыл след. Как это случилось, Ирина Владимировна не хотела и не собиралась вспоминать, потому что жестоко страдала от боли и непонимания.
