– Мы с ним похожи. Я умею распознать обманщика, это моя работа. А вот человек порядочный сбивает меня с толку, потрясает до глубины души. Вот и с ним так вышло. Один парень не обманывал его, не крал, не ныл. Марулло пытался научить этого простофилю заботиться о себе в нашей свободной стране, но до наивного парня никак не доходило. Долгое время он вас боялся. Не мог понять, в чем подвох, и наконец сообразил, что ваша сила в порядочности.
– А если он ошибся?
– В своей правоте он уверен. Решил сделать из вас памятник тому, во что он когда-то верил. Документ о передаче права собственности у меня в машине. Вам осталось только зарегистрировать его.
– Не понимаю.
– Я и сам не уверен, понимаю или нет. Знаете, как он разговаривает – будто попкорн лопается. Попробую растолковать. Представьте, что человек устроен определенным образом и должен двигаться только в одном направлении. Если он попытается свернуть, то случится непоправимое – резьба слетит, он выйдет из строя, заболеет. Будто человек сам себе судья: сам нарушил закон, сам себя оштрафовал. Так вот, вы – его авансовый платеж, отданный за то, чтобы свет не погас.
– Почему вы приехали из самого Нью-Йорка?
– Даже и не знаю. Пожалуй, хотел убедиться, что свет не погаснет.
– О господи!
Магазин наводнили галдящие дети и взмокшие женщины. Ну все, теперь не видать мне свободной минутки до полудня.
Уолдер сходил к машине, вернулся и раздвинул в стороны волну обезумевших от жары и предпраздничной суматохи женщин. Он положил на стойку пакет из плотной бумаги, перевязанный бечевкой.
– Мне пора. По заторам теперь ехать часа четыре. Жена здорово злится. Сказала, зря не отложил на потом. Но такие дела ждать не могут.
– Мистер, я уже десять минут жду, пока вы меня обслужите!
– Секундочку, мэм.
– Я спросил, не хочет ли он передать что-нибудь на словах, и он ответил: «Скажите ему прощай». Что-нибудь ответите?
– Скажите ему прощай.
Волна едва прикрытых одеждой животов сомкнулась у прилавка. Я вздохнул с облегчением, бросил пакет в ящик под кассой и вместе с ним запер свою хандру.
Время летело быстро, и все же день тянулся бесконечно. К моменту закрытия я уже и не помнил, как открывал утром, настолько давно это было. Джои зашел аккурат перед тем, как я собрался запирать двери. Я, не спрашивая, открыл банку пива ему, потом себе, чего не делал никогда. Я хотел поделиться новостью про Марулло и магазин, однако не смог выдать даже ту версию, которую выдумал для себя самого.
– Вид у тебя уставший, – сказал Джои.
– Да уж. Посмотри на полки – покупатели смели все подчистую. Похватали даже то, чего не хотели и не собирались брать. – Я вынул из кассы наличку, сложил в серый холщовый мешочек, сверху добавил деньги от Бейкера и пакет Уордена, потом завязал бечевкой.
– Не стоит оставлять деньги здесь.
– Пожалуй. Я их спрячу. Еще пива хочешь?
– Конечно.
– Я тоже.
– Ты на редкость благодатный слушатель, – заметил Джои. – Я и сам начинаю верить в свои истории.
– Ты о чем?
– Я про свой тонкий нюх. Сегодня кое-что учуял. Прямо с утра пораньше. Может, и приснилось, но я был сам не свой – волосы на затылке дыбом встали, и все такое. Я не просто подумал, что сегодня банк ограбят. Я это знал! Лежал в постели и знал. Мы подкладываем клинышки под кнопки тревожной сигнализации на полу, чтобы не задеть случайно. Утром я первым делом их вынул. Настолько я был уверен и готов! И чем ты это объяснишь?
– Наверное, кто-то планировал ограбление, а ты прочел его мысли, и он передумал.
– Ты даешь другу выйти с честью из любой ситуации.
– Сам-то что думаешь?
– Бог его знает. Пожалуй, я так долго не ошибался, что поверил в свою непогрешимость. Однако тряхануло меня как следует.
– Знаешь, Морфи, я слишком устал, чтобы подметать.
– Бабки не оставляй. Забери домой.
– Ладно, как скажешь.
– Странное у меня предчувствие.
Я открыл картонку, положил мешочек с деньгами вместе со шляпой с пером и завязал тесемкой. Наблюдавший за мной Джои сказал:
– Поеду в Нью-Йорк, сниму номер в отеле с видом на Таймс-Сквер, сброшу туфли и целых два дня буду смотреть, как идет дождь.
– С дамой, с которой было назначено свидание?
– Нет, ту встречу я отменил. Закажу бутылку виски и бабу. Ни с той, ни с другой говорить особо не надо.
– Я тебе уже говорил – мы вроде как едем отдыхать.
– Хорошо бы. Тебе давно пора. Пошли?
– Еще пару дел закончу. Ты иди, Джои, снимай свои туфли.
Первым делом нужно было позвонить Мэри и сказать, что я немного задержусь.
– Да, но давай скорей-скорей! Сюрприз-сюрприз!
– Милая, скажи сразу.
– Нет! Хочу видеть твое лицо!
