– Скорей козлятиной, – поправил Миша.
– Вымени нет, – растерянно сказал Николай, – совсем. Или оно такое маленькое, что не найти. Жорик! Привез уродку! Не мог красивую козу припереть?
– Сказали, это лучшая актриса, – возразил начинающий пиарщик.
– Дайте глянуть, – вмешался Миша, – ну-ка, ну-ка…
Отстранив Фомина, оператор присел около козы, пару секунд обозревал живот рогатой звезды и внезапно захихикал.
– Смешно? – вскипел Николай.
– Ага, – кивнул Миша, – вымени нет. И его не найти.
– Почему? – удивилась я.
– Это козел, – заржал оператор.
– Кто? – насторожилась Лиза.
– Коза не коза, а козел, – еле справившись с собой, выговорил оператор, – а Фатима его доить пыталась!
Актриса взвизгнула, Фомин наклонился.
– И правда, – с разочарованием отметил режиссер, когда тишина в студии стала невыносимой. – Козел! Козел!! Жорик, ты козел!!! И сценарий козлиный! Про хихикающих кур!
Рекламщик вжался в стену, Лиза попыталась стать меньше ростом, Фатима разинула рот, но буря не разразилась.
– Слушайте меня внимательно, – неожиданно спокойно велел Фомин, – у вас час. Спустя этот срок здесь должна стоять коза. С выменем, полным молока. Куры обязаны смеяться, поросята щебетать.
– Наоборот, – пискнул Жорик.
Я пнула дурака ногой.
– А Фатиме придется исполнить роль вдохновенно, – завершил выступление режиссер, – без наглости и звездности. Иначе ей придется идти туда, откуда ее взяли, то есть на панель.
Высказавшись, Николай вышел в коридор и с такой силой хлопнул дверью, что несчастный козел вновь оттопырил хвост и вульгарно обкакался.
– Нельзя даже злиться на несчастного козлика, – вздрогнула Лиза. – Жалко, что не захватила сегодня памперсы. Таким злым я Кольку еще не видела!
– Вроде он не повышал голос, – удивилась я.
Лиза чихнула.
– Уберите гуано! Когда Николаша визжит, это ерунда, худо, когда он затихает. Хватит ля-ля! Думаем! Как из козла соорудить козу?
– Отвезти его в зоосад и взять другую особь, – прочирикала Фатима.
– У нас час! – напомнила Лиза.
– Вырезать вымя из бумаги.
– Подвязать подушку.
– Вылепить из пластилина.
Предложения сыпались дождем, участие в разговоре приняли даже две долговязые девицы, но Лиза лишь качала головой.
– Нет, нет! Колька хочет, чтобы молоко лилось!
И тут меня осенило.
– Резиновая перчатка! Они бывают розовые! Можно налить внутрь молоко, проколоть в пальцах крошечные дырочки, и получатся струйки.
– В этом что-то есть, – одобрила Лиза. – Ну-ка, девки, поройтесь в ящике с барахлом.
Десять минут ушло на покупку молока. Пока я гоняла в супермаркет, девицы отрыли среди хлама десять пар перчаток. Мы взяли одну, налили в нее молоко и уставились на Мишу.
– Прикольно, – закивал тот, – издали суперски смотрится. Осталось решить одну маленькую задачку.
– Какую? – хором спросили присутствующие.
– Как приклепать вымя к козлу, – догадалась Лиза. – Сразу предупреждаю: слова «прибить» и «приклеить» даже не произносите. Ни один козел не должен пострадать во время съемок! И никаких глупостей! Вот получится как с Петром Первым, которого тыквами, морковкой, репой, картошкой, помидорами и капустой завалили. Цирк! Вот такого нам не надо. Без идиотства.
– С царем круто вышло, – пихнул меня в бок Миша, – скажи, прикол?
Я навесила на лицо улыбку. Что смешного в ролике про овощи? Но на всякий случай сделала вид, что веселюсь от души. Хотя совершенно не понимаю, по какой причине Лиза постоянно вспоминает рекламу про царя, как жуткий ляп.
Вы не поверите, но ровно через час мизансцена была выстроена. В центре на табуретке сидела «Фрося», красная теперь не только от обильного количества румян, но и от жары. Подушки, которые Лиза засунула ей под сарафан, чтобы придать тощей Фатиме дородности, и вата в лифчике грели лучше одеяла, и наша «русская красавица» вульгарно потела. Коза щеголяла шикарным выменем. Одна из долговязых девиц, похоже, обладала нетрадиционной ориентацией, потому что именно она тихим голоском предложила:
– В сексшопах продаются такие пояса, к ним… э… искусственный… э… крепится. Если его взять и к козлу привязать, то к самому поясу че угодно приклепать степлером можно.
– У метро магазин «Интим», – подпрыгнул Миша. – Жорик, вперед!
– Почему я? – возмутился рекламщик. – Сам беги!
– И то верно, – согласился Миша, – а то еще принесешь дерьмо какое-нибудь!
Козел, когда мы привязывали ему «вымя», не сопротивлялся, похоже, ему понравился процесс. Поросята, пописав еще раз пять, мирно улеглись у ног млекопитающего. Кур мы привязали веревками за лапы и посадили на искусственный плетень. За забором, так, чтобы Николай их не увидел, лежали на полу долговязые девушки – в их задачу входило крепко держать бечевки, чтобы несушки не попытались слететь с фальшивой изгороди.
Не успели сцену оформить, как появился Фомин. Думаете, он пришел в восторг и начал хвалить подчиненных, которые в рекордно короткий срок ухитрились сделать из козла козу и соорудить в студии крестьянское подворье? Ан нет.
– Почему они не кудахтают и не машут крыльями? – с ходу принялся критиковать режиссер.
– Кто? – уточнил Миша.
– Коза! – рявкнул Коля. – И поросята!
