Он опустил руку, и Ирена немного успокоилась. Она все же боялась разозлить его настолько, что он решит применить силу. Ей не хотелось, чтобы первая брачная ночь ознаменовалась изнасилованием, но она не могла заставить себя уступить мужу. Она судорожно перебирала в уме доводы, которые остановили бы его.
Ирена умоляюще посмотрела на мужа, сожалея, что не может заглянуть за непроницаемую черную маску, и в то же время радуясь этому.
— Милорд, если бы вы дали мне время узнать вас, чтобы я перестала бояться… Пожалуйста, поймите, — взмолилась она, — я выполню все, в чем клялась, но мне нужно время.
— Я знаю, у меня не самая привлекательная внешность, мадам. — В голосе послышалась насмешка. — Но я вовсе не свирепое животное, загнавшее вас в угол, чтобы взять силой.
Эти слова не слишком приободрили Ирену. В конце концов, это были только слова, а она давно усвоила, что характер мужчины гораздо вернее раскрывается в его поступках.
— Я такой же, как все мужчины, и у меня такие же желания. Одно ваше присутствие в этой комнате и сознание того, что вы моя жена, лишает меня рассудка. Мое тело требует удовлетворения страсти, которую вы в нем разбудили. Тем не менее я понимаю, что вы еще не пришли в себя после событий, которые так внезапно изменили всю вашу жизнь.
Он тяжело вздохнул, словно решая, продолжать или нет, и добавил:
— Пока я буду в силах сдерживать огонь, который вы разбудили во мне, я буду ждать. Но у меня есть одна просьба. — Он указал пальцем на тяжелую дубовую дверь, где в замочной скважине торчал медный ключ. — Я прошу вас никогда не запирать от меня дверь. А если вы захотите погулять по дому или саду, я буду вас сопровождать. Вы понимаете меня?
— Да, милорд, — пробормотала она, согласная на все, что сможет ускорить его уход.
Лорд Сакстон, хромая, подошел ближе, и Ирена почувствовала на себе его взгляд. Страшась того, что сейчас может произойти, она затаила дыхание. Он протянул руку в перчатке и потянул завязки ее пеньюара. Пеньюар скользнул с ее плеч и упал на пол, и Ирена осталась в одной ночной рубашке, почти не защищающей ее от взгляда чужих горящих глаз. Тонкий батист очертил каждый изгиб ее тела.
— Вам нечего бояться, — произнес он хрипло, — но я бы хотел посмотреть на вас, прежде чем уйду. Расстегните рубашку и дайте мне взглянуть на вас.
Ирена стояла в нерешительности. Она хотела воспротивиться, но понимала, что глупо испытывать терпение лорда, если он согласился ограничить себя такой малостью. Дрожащими пальцами она расстегнула сорочку, и та упала к ее ногам. Блестевшие в прорезях маски глаза медленно оглядели всю ее фигуру, остановившись на груди и бедрах. Ирена смотрела куда-то вдаль и еле сдерживалась, чтобы не заплакать от ужаса и стыда. Если бы он прикоснулся к ней, она бы упала замертво.
— Ложитесь спать, а то простудитесь, — прошептал он, и Ирена вздрогнула от неожиданности.
Эти слова вывели ее из оцепенения. Она поспешно надела сорочку и нырнула под спасительное одеяло, натянув его до самого подбородка. Лорд Сакстон стоял не шевелясь, но Ирена понимала, что спокоен он только внешне. Она с опаской следила, как он, приволакивая ногу, повернулся и направился к выходу. Дверь закрылась, и в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь приглушенными удаляющимися шагами. Словно гора свалилась с плеч Ирены, и, не в силах больше сдерживаться, она уткнулась в подушку и зарыдала.
Миссис Кендалл отдернула тяжелые шторы, и комнату наполнил яркий солнечный свет. Ирена зажмурилась и укрылась с головой одеялом, пряча опухшие от слез глаза. Она была не готова встретить новый день в качестве жены лорда Сакстона.
— Хозяин сейчас придет, мэм, — заявила экономка мягким, но решительным тоном. — Я не сомневаюсь, что вы хотите к его приходу выглядеть как можно лучше.
Ирена промычала в ответ что-то нечленораздельное. Гнилые зубы и огромная бородавка казались ей сейчас недостижимой мечтой, потому что меньше всего на свете ей хотелось заслужить восхищение лорда Сакстона. Зачем казаться привлекательной и пробуждать в нем еще больший интерес?
— Ну же, мэм, — торопила ее Эджи. — У вас слишком красивое лицо, чтобы прятать его, особенно от хозяина. Послушайтесь меня, мэм. Вы навлечете на себя неприятности, если будете упрямиться.
Ирена откинула одеяло и села.
— Может быть, вы знаете… — неуверенно начала она, — лорд Сакстон способен прибегнуть к силе?
Экономка со смехом медленно покачала головой.
— Все Сакстоны добры и мягки с женщинами. Вам нечего бояться, мэм. Но если вы достаточно умны, — она посмотрела прямо в широко раскрытые фиолетово-голубые, как аметист, глаза Ирены, — то отнесетесь к лорду с должным почтением и позаботитесь о том, чтобы доставить ему удовольствие. Он считается весьма богатым человеком… даже среди лордов… и…
— Мне совершенно нет дела до его богатств. — Ирена в отвращении передернула плечами. — Все, что мне нужно, — это добрый и порядочный человек, которого я смогла бы полюбить, а не бояться каждого его появления.
