Следующие несколько дней тянулись так, словно на них висели тяжелые цепи, и Эриенн никак не могла избавиться от страха перед лордом Сэкстоном. Когда он шел по темным коридорам усадьбы, то она, ожидая его и прислушиваясь, цепенела и вся обращалась во внимание. Однако еще сильнее, чем страхом перед этими звуками, спокойствие Эриенн нарушалось растущей в ней подозрительностью к тишине. Для человека, имеющего столь явно выраженный физический недостаток, лорд Сэкстон, казалось, умел временами перемещаться без малейшего намека на движение, подобно привидению или тени в ночи. И именно по ночам у Эриенн нарастало тревожное беспокойство, так как она могла внезапно обнаружить его присутствие в комнате в этой матовой, бесстрастной маске, которая оборачивалась к ней в жуткой безглазой полуулыбке.
Хотя на двери ее спальни был большой и прочный затвор, Эриенн не находила в себе мужества воспользоваться им и испытать власть лорда Сэкстона, так как боялась, что открытый отказ впускать его к себе может вызвать его гнев и навлечь на нее ужасную черную месть. Поэтому независимо от того, как она была одета, одета ли вообще, слегка прикрыта или счастливый случай позволил ей накинуть халат, она не имела выбора, кроме как разделить его общество. Эриенн быстро поняла, что присутствие Тесси не является для него помехой, потому что лорд Сэкстон отсылал девушку небрежным движением руки, и, быстро повинуясь, служанка покидала свою госпожу на произвол хозяина.
В его присутствии Эриенн мучила неопределенность. Он дал слово сдерживать себя только в пределах установленных им границ. Если бы он был принужден переступить их, вряд ли Эриенн оказалась бы способна решиться уступить его желанию. В мыслях ее преследовала нарисованная ею же картина, в которой она, сжавшись и трепеща, роняет в истерике с дрожащих губ мольбы. Картина ужасала Эриенн, поскольку она осознавала, что это может произойти в действительности, если лорд Сэкстон попытается овладеть ею.
Когда наступал момент и она обнаруживала, что лорда Сэкстона нет, что он больше не стоит в тени или не сидит в своем кресле, то испытывала огромное облегчение. Она пережила еще одну ночь; она увидит еще один день. Однако в глубине души у нее скребли кошки, нарушая покой. Эриенн знала наверняка, что в одно прекрасное время, в один прекрасный день, в одну прекрасную ночь, в один прекрасный момент ей напомнят о ее долге и потребуют оплатить этот долг полностью.
Однако неделя еще не закончилась, как пришедшая поутру с подносом Эгги передала Эриенн просьбу лорда Сэкстона прийти к нему в большие покои. Эриенн подчинилась приказанию, пробормотав что-то тихо и неразборчиво, но внутренне содрогнулась. Она была уверена, что лорд Сэкстон намерен поднять вопрос об их взаимоотношениях, высмеять ее за то, что она вопреки своему обещанию ведет себя неподобающе для любящей жены, и ужаснулась последствиями грозящего скандала.
Пока Тесси помогала ей надеть домашний халат и расчесать волосы, Эриенн пыталась совладать с собою. Она страстно надеялась, что какое-нибудь событие отвлечет внимание супруга и ей удастся избежать разговора с ним, однако это было всего лишь пожеланием, не имевшим под собой никаких оснований. Быстро наступал тот момент, когда она должна была увидеться с мужем лицом к лицу.
Остановившись на мгновение перед входом в большие покои, Эриенн сделала глубокий вдох и попыталась собраться. Проходя через стрельчатую дверь и вступая в логово этого зверя, Эриенн вовсе не была уверена, что ей удалось побороть себя. Лорд Сэкстон стоял перед очагом, обхватив рукою спинку кресла. Эриенн решила, что из-за страха, который она испытывает в этот момент, он вновь показался ей вдвое выше обычного. При ее приближении рост его не убывал.
Несмотря на то что на Эриенн был бархатный халат с небольшим вырезом, этого казалось недостаточно, чтобы спрятаться от взгляда лорда Сэкстона, однако за время их короткого супружества она привыкла, что лорд не упускает возможности рассмотреть ее или полюбоваться тем, на что он заявил свои права. Эриенн опустилась в кресло лицом к мужу, ощущая необходимость унять дрожь во всех членах. Вся отвага, которую ей удалось наскрести, сократилась до размеров, не превышающих тревожные опасения. Чтобы не смотреть на лорда Сэкстона, Эриенн принялась нарочито тщательно разглаживать складки халата, однако он был терпелив, и ей не оставалось ничего иного, кроме как поднять глаза на матовую маску, пристально смотревшую на нее.
— Необходимо кое-что купить в Уэркингтоне, мадам, — заявил он странным, низким шепотом. — И мне показалось, что прогулка порадовала бы вас. Я попросил Эгги сопровождать вас.
— А вы разве не поедете, милорд? — спросила Эриенн, с трудом скрывая нотки надежды в своем голосе.
— Мне необходимо заняться другим делом и не удастся составить вам компанию.
— Что я должна буду делать?
— Ну, я полагаю, мадам, что вы проведете день, делая покупки, которые вам по душе, — ответил он несколько удивленным тоном.
