один из рассказов сборника
Зимняя сказка
Когда я был маленьким, зимы были совсем другими. Настоящие русские зимы были, а не нынешнее слякотное недоразумение. Виной тому нынешнее обилие асфальта и личных автомобилей, купленных на ворованные деньги, или геополитический крен в сторону Запада, последовавший после распада СССР, а может, я просто вырос, но все-таки зимы ныне не те. Раньше бывало снега столько выпадало, что для того чтобы пройти к сараям приходилось снегоуборочную лопату на веранде держать. Иначе, по пояс в снегу не то что к сараям со скотиной, но даже и до туалета не доберешься. Зато честный физический труд с самого раннего детства сопровождал меня. Как встанешь часика в четыре утра, как пару тройку часов покидаешь лопатой снег, так сразу понимаешь, что нормальному человеку, живущему честной жизнью, никакой профессиональный спорт и даром не нужен.
А какие морозы тогда были. Бывало, такой мороз стоял, что деревья в лесу трескались. Вот про мороз собственно и пойдет рассказ. Я классе в пятом учился. В школу ездить приходилось либо на совхозном автобусе, либо на машине «техпомощи» за двенадцать километров, в деревню Алешня.
Брат мой младший Пашка как раз учился в первом классе в начальной школе, расположенной в нашей деревне. Был он, как и все маленькие дети крайне любознательным, хотя и значительно запуганным матерью при этом.
И как все маленькие дети, в душе он был крайне непослушным.
– Одевайтесь теплее, а то простудитесь! - мать, надо заметить, постоянно боялась, что мы простудимся, и поэтому заставляла даже в оттепель одеваться так, как будто на улице сорокоградусный мороз. – Влад, что ты напялил эту лепиздряйку как кулема какой-то?
– Но там же тепло!
– Не гордыбачь с матерью! Надень под нее кацавейку какую-нибудь!
– Жарко будет.
– Пар костей не ломит! Или ты хочешь, чтобы я сдохла? Еще мой след будете искать!
– Да будем, будем, только успокойся.
– Вот подхватишь ангину, тогда посмотрим! - другой ее идеей фикс была ангина, которая якобы так и норовит свести нас с братом в могилы.
Для профилактики этой зловещей ангины мы пару раз в неделю посвящали свои вечера дышанию над кастрюлей с распаренным картофелем. Возможно, определенная доля здравого смысла в этих ее опасениях была, если учесть, что за несколько лет до этого, когда мы еще жили в деревне Пеклихлебы, я едва не умер от двухстороннего воспаления легких. В общем, мамаша спасала нас от простуды и ангины как умела.
Мать работала в бухгалтерии, расположенной в том же здании что и начальная школа, поэтому в школу и из школы Пашку водила. Однажды Пашка по пути из школы нашел где-то сосульку и, оправдывая название, взял ее в рот. Была тогда у него дурная привычка все что ни попадя тащить в рот. Мать, увидев воочию эту страшную попытку суицида, на некоторое время потеряла дар речи. Впрочем, глядя в безмятежные голубые глаза сына, обреченного умереть от коварной болезни, она быстро его обрела и обрушила на Пашку всю лавину своего красноречия, подкрепленного выражениями сугубо непечатными, которым самое место в лексиконе деклассированных элементов, но отнюдь не в словаре жены директора совхоза.
– Ты что, совсем чокнутый? Совсем ку-ку? Совсем мозги протухли уже? По школе для неполноценных соскучился? - действуя по заветам русского «Домостроя» свои слова она подкрепляла подзатыльниками и оплеухами, ловко гоня пинками бедного ребенка, от ужаса перекусившего сосульку и проглотившего откушенный кусок, домой. – Я тебе покажу, мерзкий выродок, как родителей не слушать! Удушу как котенка шелудивого! Тухленыш! Такой же пень, как и батя твой!
Ходили по зимнему времени домой обычно через чужие огороды и дворы. Сначала двор/огород Сереги Корявого, потом пустырь за огородом Моргуна, потом пустырь между огородами Кольки Лобана и Ивана-автобусника, потом огород/двор Кольки Лобана. На протяжении всего этого пути матери продолжавшей чихвостить сына активно вторили собаки. Поэтому подходя к дому, Пашка на всю жизнь понял, что кушать сосульки чревато.
Придя домой слегка успокоившаяся мать, глядя на дрожащего от ужаса Пашку, решила предостеречь его еще от одной опасности и объяснить, что на морозе нельзя не только сосульки сосать, но лизать железо.
– Не вздумай ничего железного зимой лизать! Слышишь, придурок дефективный? - так как в детстве она считала Пашку слегка туповатым ребенком, то решила НАГЛЯДНО продемонстрировать, что вот этого делать нельзя. – Вот так делать ни в коем случае нельзя. Понял?
Дверь нашего дома закрывалась на навесной замок и она не нашла ничего лучшего, как замок лизнуть. Н-да… И она бралась учить нас что можно делать и что нельзя. Естественно, что язык, изрыгавший грязные ругательства, неумолимыми и неподкупными законами природы мгновенно был наказан. Мать прилипла к замку.
