В отличие от остальных, я не боялась ни хитрого советника, ни строгого инквизитора. Хотели бы, давно уже объявились. Но теперь драконы знали, что я способна дать отпор, а приказ Фламариона исключал попытки проверить, насколько далеко готова зайти северная ведьма.
Кроме того, высокомерные звери разумно опасались, что я передам другим магам свои наработки. Только однажды Фламарион в письме упомянул мое заклинание и выразил надежду на то, что я проявлю разумность и не стану оружием в руках магов против драконов. Я проигнорировала туманный намёк императора и в ответ выслала ему список книг, которые он регулярно присылал для ознакомления.
Что касается заклинания, я так и не передала его ни отцу, ни Крастину. Они особо не настаивали, но несколько раз намекали на это. Доводы Максимильяна прочно засели в моей голове, и я понимала, что передавая наработки магам, я обреку Арканию на новую войну. Неизвестно, что станет причиной, но рано или поздно кто-то пожелает получить больше, чем холодный север, и сделает всё возможное, чтобы получить оружие на пути к своей цели.
Когда я вышла за пределы Северной Академии, сердце билось чаще. Ворота за спиной жалобно скрипнули, но я не стала оглядываться, уверенно направившись к уже ожидающему телипажу.
Покидая Север, я направлялась в Драканию, в дом, который принадлежал Крастину. Именно мой брат стал главой отдела благоустройства, который все еще сохранился в столице. Только драконов в нём больше не было, и отдел занимался не благоустройством драконов, как было ранее. Теперь маги, работавшие в отделе, следили за соблюдением договора, составленного между моим отцом, как представителем Севера, и императором, как представителем драконов.
Беспомощные звери не могли обойтись без магов, и потому первые несколько месяцев, когда все маги вернулись на Север в столице и на Юге, царил хаос. Без магов всё быстро пришло в упадок, и император прислал первое официальное письмо, подписанное также советниками.
Ещё месяц Артеф Виндер, Фламарион и Доминик обсуждали условия для магов. Правитель впервые не требовал и не приказывал, а просил оказать содействие и позволить магам снова служить у драконов.
Именно тогда, известный всем в столице отдел благоустройства изменил своё назначение, не меняя названия. Запросы драконов поступали к Крастину и магам в отделе, и они направляли служащего в помощь высокомерным аристократам, заранее обсудив оплату и условия. Так, по прошествии нескольких месяцев, маги постепенно начали покидать пределы свободного Севера, но уже совсем на других условиях.
Дом Крастина был в том же квартале, что и особняк Честера, и покидая телипаж, я распахнула теплое пальто. В Дракании было теплее, или мне так казалось из-за снова туманного будущего, к которому я определенно была готова.
Голова прояснилась, а страхи перед драконами окончательно померкли. Вспоминая, как впервые приехала в этот квартал под конвоем старшего инквизитора, я улыбнулась. Обретенная свобода оказалась именно такой, как я ее представляла: манящей и немного терпкой, с привкусом сладкой выпечки доны Попс.
Заметив на пороге дома серьезного мага, я оставила свою сумку прямо на улице и, выпустив Визардиса, уверенно пошла навстречу новым приключениям.
Как обычно, Крастин пытался что-то изобрести, и вся кухня была в полном хаосе.
Жить с братом — это было главное условие отца, при котором Артеф позволил мне вернуться в столицу, опасаясь вира Террагона и его сына. Точнее, он опасался, что дракон все же попытается увести меня силой, если не младший, то старший. Никакие заверения о том, что без возможности получить наследника, я им не нужна, не работали.
Почти за год у драконов не родилось ни одного магически одаренного ребенка или дракона. Точнее, рождались маленькие дракончики, но все они были безмагами и такими останутся. Наказание духов предков работало, и тихие возмущения пресекались самими драконами в опасении еще больше разгневать древних.
"Земля разбросанная по обеденному столу, это новая столичная мода?" — спросила я у Крастина, который пытался совладать с хаотично летающей метлой.
"Это не земля, Аврора. Перетертая зола с травами. На севере не хватает полноценных фруктов. Заклинание роста без питательной почвы не позволяет растению прижиться и дать плоды,” — бурчал Крастин и, вручив мне метлу, пошел открывать дверь.
Пока я раскладывала вещи, брат что-то изобретал на первом этаже и периодически забористо ругался. Только спустившись вниз, я поняла, что ругательства были не напрасными. На кухне царил хаос, и пока Крастин пошел встречать гостей, я собиралась оценить масштабы бедствия и помочь своему горе-изобретателю.
В дверь кто-то излишне настойчиво стучал, желая поскорее увидеть хозяина. Я слышала, как бурчал Крастин, пытаясь вытереть черные от золы руки и стягивая фартук. Его гость был слишком нетерпелив и удостоился парочки нелестных слов за свою бестактность.
