Накинув защитную ткань на платье и оставив записку Никасу о том, чтобы беречь мой наряд, я направилась к дракону. Возможно, платье мне уже не пригодится, но я все еще надеялась, что Честер не оставил бы сундук, зная, что он опасен, или приведет меня в место, которое погубит мою жизнь.
Забираясь в телипаж, на прощанье окинула взглядом ворота Академии. Еще вчера я гуляла по поселку, а сегодня фактически покидаю это место под конвоем, не зная, смогу ли вернуться.
Мой вздох не скрылся от дракона, и старший инквизитор улыбнулся. — “Вы бывали в столице, дона?”
“Один раз в детстве, но воспоминания туманны.” — ответила я, вжимаясь в сиденье. Оставшись с драконом в узкой деревянной кабинке, хотелось куда-нибудь скрыться. Мужчина будто заполнил всю кабину и сидел слишком близко, что нервировало.
“Вашим талантам нашли бы применение в отделе инноваций,” — продолжал свой допрос инквизитор.
Я хмыкнула и, отводя взгляд, ответила, — “Когда-то я тоже так думала, но мне быстро объяснили, что это не так. Максимум, на что способны в отделе инноваций, это присвоить чужое, запретив магу пользоваться собственным заклинанием.”
Понимая, что только что сказала инквизитору, я закрыла рот рукой. Но, слыша его вопросы, почему-то не могла промолчать. Дракон не дурманил меня магией, но я явно была под воздействием.
“Весьма опасные слова, дона.” — прорычал вир Дип. Когда я лихорадочно замотала головой, пытаясь что-то соврать, чтобы оправдаться, он оскалился, — “Не пытайтесь мне солгать, Аврора. Не зря я старший инквизитор. И не зря вир Доминик прислал меня лично допросить вас. Мне известно про метку и про планы молодого наследника. Но в одном мы с советником Террагоном сходимся во мнении, даже как Аматрикс, вы опасны.”
“Я не собираюсь жить в закрытом квартале, Аматри, лучше уж на плаху,” — зачем-то выпалила и снова закрыла рот рукой.
Дракон рассмеялся, — “И это мне известно. Собственно, поэтому вы опасны, дона. Спустя столько лет вы приняли метку, как раз в тот момент, когда наследник подал прошение о расторжении брака Императору. Вы рассчитываете, что, став свободным, молодой наследник наденет на вас обручальный ободок?” — прищурившись спросил вир Кайрон.
Я округлила глаза, на несколько секунд буквально лишившись дара речи, а потом, словно ненормальная, начала смеяться, — “Наследник древнего рода обручится с магичкой? Более нелепой шутки я в жизни не слышала. И кто, Максимильян Террагон, который используя меня, чтобы не завести Аматрикс в Академии, пожалел денег на платье. Вы не в себе, вир старший инквизитор,” — последнюю фразу я скорее прорычала.
Инквизитор наклонил голову и продолжил внимательно изучать мое лицо, от чего поток моего внезапно нахлынувшего гнева было уже не остановить, — “Мне не нужна метка, это вышло случайно и ничего не меняет. Если придется выбирать между кварталом Аматри и плахой, я с гордо поднятой головой взойду на эшафот, но не позволю превратить себя в ходячую утробу для еще одного высокомерного и бездушного существа.”
Высказав дракону всё, что было внутри, я дышала так, словно пробежала несколько кругов на поле для тренировок. Понимая, что дракон применил какую-то магию или артефакт, я пыталась сдерживаться, но чем больше сопротивлялась, тем сильнее накрывали эмоции.
“Познавательная беседа,” — невозмутимо ответил вир Кайрон, и прежде чем открыть дверцу телипажа, зачем-то спросил, — “Вам известно о зове избранной?”.
Вспоминая, что уже где-то слышала эту фразу, но так и не узнала, что она значит, я отрицательно покачала головой, и дракон снова улыбнулся, одобрительно хмыкнув.
Видимо, ответы для советника Террагона старший инквизитор получил. Теперь меня поведут допрашивать о мятежниках. Если честно, я ожидала увидеть здание казематов или здание отдела инквизиторов, но никак не старинный особняк в одном из отдаленных районов города, где жили маги, служащие императору.
“Знакомый дом?” — спросил старший инквизитор, наблюдая за моей реакцией, но я молча покачала головой.
В этом районе я была впервые и пыталась сопоставить картинку, которую представляла из рассказов Крастина, и то, что видела.
В отличие от севера, дома столицы были возведены из гладкого камня, и крыша крыта не деревянными балками, а тонкой черепицей, которую делали на юге, плавя песок в специальных формах. В окнах столичных домов было не мутное толстое стекло, как у северян, а настоящее тонкое и прозрачное.
Похоже, инквизитору было интересно наблюдать за мной, поскольку несколько минут он молчал и позволял рассматривать величественные двухэтажные строения. Всё, как когда-то писал мне Крастин, позволяя юношеским мечтам обрести краски и очертания. Я мечтала, что однажды буду жить вот в таком доме, и работать в отделе благоустройства. Но теперь той Авроры больше нет, а потому, глубоко вздохнув, я осмотрела здание, куда привёл вир инквизитор. Оно было таким же, как все, но судя по служащим гвардии императора, именно это и был наш пункт назначения.
