- Пожалуйста, проглоти вот это, а потом обязательно выпей клюквенного отвара, - попросила я. Тут очень кстати служанки принесли вино, и надо было его чуть-чуть разбавить, а им поручить обернуть его ноги специальной материей с уксусом, а потом маленькой пуховой периной…
- Олэ, я устал, - очень тихо произнес Айдесс, отворачиваясь от очередной ложки. – Давай попозже… я отдохну немножко, и…
Конечно, устал. Ему и нельзя много и плотно есть… Хорошо, что я принесла в основном легкую еду и давала маленькими порциями! А то увлеклась… Ему, правда, тоже было приятно… кажется.
- Пожалуйста, проглоти вот это, а потом обязательно выпей клюквенного отвара, - попросила я. Тут очень кстати служанки принесли вино, и надо было его чуть-чуть разбавить, а им поручить обернуть его ноги специальной материей с уксусом, а потом маленькой пуховой периной…
- Потом… позже. Я уже сыт, просто устал…
Он попытался увернуться от ложки, но голова лишь бессильно мотнулась по подушке. Пришлось таки проглотить. Тогда он виновато улыбнулся и вздохнул… и жестоко закашлялся. Казалось, кашель рвал его на части.
- Тёр! – воскликнула я. Мне почти физически больно стало… потому что я видела, что больно ЕМУ.
Братишка так и сидел в уголке, привычно сгорбившись и насупившись. Но мне как-то вдруг стало легче, совсем немножко, когда он подскочил – и мы вместе приподняли изголовье, подставили новую подушку, чтобы больному стало легче дышать.
- Мне попробовать? – неуверенно спросил он, с тревогой глядя на изможденного кёорфюрста.
- Что… попробовать? – задыхаясь, уточнил Айдесс.
- Сделать так, чтобы ты немного подремал… отдохнул, - сказала я. Почему-то не сказала правду…
- Закрой глаза… Тебе надо поспать немножечко. А я никуда не уйду…
Мне подумалось… а может, он не хочет, чтобы я уходила? Или ему уже так плохо, что уйду я или нет – всё равно? О боги…
Но всё-таки я добавила:
- Я буду тут. Посижу тихонько… разведенного вина выпью… Буду твой сон охранять. А сейчас вот…
И, намочив кусок полотна, я свернула и положила ему на лоб. Такой горячий!
В горле застрял ком, но я с усилием его проглотила и забормотала:
- Ты поспишь… И будешь видеть во сне… как мы идем с тобой по лугу… пахнет травами, шмели жужжат… На кочке ягоды краснеют…
И поцеловала в щеку своего нареченного.
Фесса Роггери, Певец Севера. Замок Линдари
Я ехал по дороге, ведущей в Линдари. Мне повезло – всего-то сутки потратил на поиски. А ведь мог проплутать тут и неделю. И даже больше. Но какими длинными оказались эти два дня!
Хорошо, что я знал, куда именно предпочитает ездить Йэгге, чтобы общаться с лесом. И, прочесывая ведущие в лес (нет! в Лес, вот так) дороги, я постарался употребить все свои способности, и магические, и просто умения охотника, идущего по следу.
Счастье, что не так много в округе мест, куда можно было бы завернуть. И Линдари казалось самым вероятным прибежищем, удовлетворяющим всем условиям, кроме одного…
Йэгге ни разу не говорил мне, что собирается туда поехать! И к кому? К старому герцогу? Зачем? Нет, спору нет, он человек достойный, но от политики и войны далек, он просто хороший хозяйственник… И маг не из сильных… К Холлэ и ее матери? Красавица-ледышка со строгими и – я разглядел однажды – печальными глазами?
Кстати, непонятно, откуда печаль – но мало ли, быть может, кто-то из ее близких болен, а может, и сама в тот раз, когда я был рядом, чувствовала себя плохо… Хотя выглядела здоровой.
Но, в конце концов, принц обязан время от времени навещать своих подданных, особенно таких известных и достойных, как герцог Линдергрэд. И больше тут деваться было некуда – когда я напал на следы, это вызвало огромное облегчение. На самом деле, Йэгге мог и просто куда-нибудь по бездорожью отправиться, и на побережье, и по краю Леса – вот это-то как раз и тревожило меня. Я видел, что кеорфюрст мается, как сокол в клетке. И не мог понять, а где же клетка? Как сломать ее? Как помочь?
Один раз я даже попытался устроить банальную совместную пьянку, как в бытность учениками Магической Школы. Но окончилось всё довольно грустно, в смысле, не окончилось ничем. Йэг не пьянел – почти совсем, он сидел и смотрел на меня. Как? Я не понимал. Но мне не нравился этот взгляд. Йэг попросил меня спеть – как всегда, он любил слушать, да и не только он – многие и очень многие готовы были ехать издалека, чтобы послушать, как я пою. Я это знал и уже даже почти привык, хотя вначале это доставляло столько радости!
А вот сейчас ему было нерадостно, да и слушать мой друг почему-то хотел только невеселые песни. Что-то мучило его – но он ещё не был готов этим поделиться.
«Я потом расскажу тебе…» - сказал он. И всё.
Заговор? Ох, я знаю, что есть люди, которые его могут увидеть почти во всем…Йэг был не таким. Но, быть может, он потому и маялся, что не хотел верить в измену кого-нибудь из уважаемых людей? Вопросы, вопросы… Ну почему он не взял меня с собой!
