Она теряет дар речи, все слова и даже дыхание будто застревают в груди. Она смотрит на его красивые губы. Зря. Секунда – и она закрывает глаза, приникает к нему и изумляется поцелую. Она тихонько вздыхает, чувствует, как к глазам, будто звездочки, подступают слезы, и, как ей ни стыдно за них, не может их сдержать.
Теперь он поймет, что она всего лишь глупенькая крестьянка, которая влюбилась в первого встречного и расплакалась от поцелуя.
Она пытается подобрать какое-нибудь оправдание, но не успевает ничего сказать: Саша притягивает ее к земле и резким голосом, от которого ей становится не по себе, говорит:
– Тише. Смотри.
По улице плывет черный сверкающий экипаж, запряженный шестью черными драконами. Улица мгновенно погружается в тишину. Прохожие застывают на месте и исчезают в тени. Черный князь…
Экипаж движется, словно хищный зверь на охоте, драконы выдыхают огонь. Вдруг экипаж останавливается, и по телу Веры пробегают мурашки.
– Это мой дом, – говорит она.
Трое неповоротливых зеленых троллей, облаченных в черные мантии, вылезают из экипажа и, пошептавшись, топают к парадной.
– Что они делают? – тихо спрашивает она, глядя, как они исчезают внутри. – Что им нужно?
Через пару мучительно долгих минут дверь открывается снова.
Все происходит словно в замедленном темпе. Тролли выводят ее отца. Он не вырывается, не спорит с ними, не произносит ни слова.
Мама сбегает по ступенькам следом за ними, всхлипывая и умоляя их сжалиться. В доме захлопываются все ставни.
– Папа! – кричит Вера.
Отец оборачивается и замечает ее. Кажется, что ее крик расслышал лишь он один.
Он качает головой и вытягивает руку, словно говоря: «Стой на месте»; его заталкивают в экипаж и увозят.
Вера пихает Сашу локтем, и он отпускает ее. Даже не оглянувшись на него, она перебегает дорогу.
– Мама, куда они его увезли?
Мать смотрит на нее, будто не узнавая.
– Ты должна быть в постели, Вера.
– Куда эти тролли увезли папу?
Не дождавшись ответа, она слышит за спиной голос Саши:
– Вера, во всем виноват Черный князь. Он творит что ему вздумается.
– Я не понимаю, – плачет Вера. – Ты же принц…
– Моя семья больше ничего не решает. Черный князь заточил в тюрьму и отца, и всех его братьев. Ты наверняка это знаешь. Теперь в Снежном королевстве опасно принадлежать к королевской семье. Мне жаль, – говорит он, – но вам никто не поможет.
Она снова начинает рыдать, но теперь ее слезы не напоминают звезды – это черные камни, царапающие глаза.
– Вера, – говорит ее мать. – Нужно сейчас же возвращаться домой.
