- О том, что не захватила в сумочку спрей от паразитов. Не замечала за собой раньше, но, кажется, я ревнивая. Если она и дальше будет смотреть на тебя так, словно хочет съесть… Дим, я запросто могу ее продезинфицировать или покусать. Я точно не стану тебя ни с кем делить.
Димка засмеялся – тихо и удивительно по-мужски, обнимая крепче. Пророкотал в ухо ласково, только для меня.
- Скоро ты станешь Гордеевой, моя сладкая, и сможешь кусать кого угодно совершенно обоснованно. Хотя не думаю, что у тебя для этого когда-нибудь появится повод. Для меня все равно лучше тебя никого нет, я это знаю.
Для меня он тоже был самый лучший, и я об этом сказала. И о том что люблю, сказала, и том, что никаким Эльвирам и Дианам не отдам. И поцеловала так, чтобы поверил – долго и сладко.
Жадные ладони прошлись вдоль моего позвоночника и легли на попу. Сжали ягодицы и потянули выше. Напряженная грудь скользнула по голому торсу. Я и опомниться не успела, как оказалась под Димкой. Задышала часто, выгибаясь под руками и губами. Оплела ногами сильные бедра и застонала от удовольствия, чувствуя его в себе. Наша зимняя ночь выдалась такой же длинной и жаркой, как сон, и нам не хотелось ее заканчивать. В ней было место и шепоту, и ласкам, и искреннему чувству. Эта ночь отдала нам себя без остатка. А вот утро…
Ну почему, когда наступает выходной, дети всегда просыпаются раньше родителей? Какие внутренние часы заставляют их так мелко пакостить?
Малинки снова стояли у постели с сонными мордашками и смотрели на нас во все глаза. Слава богу, что я, как чувствовала, после ночного душа надела Димкину футболку, а он белье. В квартире, в которой спят дети, особо без одежды не походишь. Да и привычки так просто не искоренить, даже с неожиданным переездом в дом Гордеева. А по утрам в выходные мои малинки привыкли досыпать в постели с мамой, вот и прибежали.
- Дети? – я открыла глаза и приподняла голову от подушки. - Доброе утро. А вы что же, уже проснулись?
Малинки всегда вставали вместе, вот и сейчас встрепанные головки дружно кивнули.
- Мама, я хочу кушать, - как настоящий мужичок сообщил Лешка.
- А я хочу мультики, - сонно вздохнула Дашка. - Про пони Пинки Пай. Там новая песенка.
- Да, сейчас, - я поспешила сесть в постели. Мы с Гордеевым уснули под утро, так что едва ли поспали три часа, но пора было вставать.
Где у Димки кухня, вчера я успела узнать. Так же, как и убедиться, что хозяин к нашему приезду подготовился – в холодильнике к празднику чего только не было. Однако дети не спешили убегать. Настало утро в новом доме, их мама была не одна, и вниманием малинок полностью завладел Димка. Ну еще бы. На этот раз я не стала придумывать басню об ошибке старичка Деда Мороза, и не спешила прятать Гордеева под одеялом. Он лежал рядом на подушке, закинув руку за голову – красивый молодой мужчина, и второй рукой продолжал обнимать меня за талию. Всем своим уверенным и расслабленным видом показывая, что он детям не снится, и что теперь им придется делить мое внимание и с ним тоже.
Я осторожно посмотрела на малинок. До сих пор в нашей маленькой семье нас было всего трое. Вчерашний вечер, пролетевший как вихрь, мог показаться малышам приключением, а вот утро – совсем другое дело. И, кажется, этим утром Гордеева ждал сюрприз. Судя по тому, что Лешка не спешил на кухню, а Дашка к телевизору – дети нового члена семьи приняли, вот только они тоже собирались делить Димку со мной.
- Дядя Дима, а мы будем наряжать елку? Ты обещал, - важно напомнил Лешка.
- Обязательно, Алексей. Вот покушаешь, как богатырь, оденемся, и поедем к вам домой за елкой. А то что же получается: мы здесь, а она – там. Непорядок.
Димка улыбнулся, и ласточка счастья тут же впорхнула в мою душу, широко взмахнув крыльями. Лицо сына осветила радость, и он шагнул ближе.
- Дядя Дима, а знаешь, к нам Дед Мороз приходил. Самый настоящий!
- Да ты что? – Гордеев взъерошил волосы и сел в постели, искренне удивившись такой новости. – Неужели с бородой?
- Да! Он подарил мне башенный кран! Во-от такой! – Лешка развел руки в стороны и привстал на носочки. – У него есть колеса и гусеницы. Скажи, Дашка! - обернулся к сестре.
- Да-а, - дочка закивала головой и себе подступила к Гордееву ближе. – А мне Дед Мороз подарил куклу. И платье! - маленькие ладошки хлопнули у подбородка. Дашка всегда была немножко актрисой. - Как у Снежной королевны! Краси-ивое! – дочка довольно склонила головку. – Дядя Дима, а ты подарил маме колечко, которое с камушком? – неожиданно спросила.
Димка не растерялся.
- Конечно. И колечко, и коробочку, и даже сердце, как вам и обещал. И кажется, оно вашей маме понравилось. Во всяком случае, она меня за него поцеловала.
Дети ахнули, и Дашка не смолчала.
- Дядя Дима, значит, ты теперь наш папа?
Ну что ты будешь делать! Никогда не думала, что моим детям так не хватает отца. Я еще не успела ничего ответить, как Димка спокойно и серьезно кивнул.
- Да, Даша, теперь ваш. Весь ваш, целиком и полностью.
