А наутро на своём подоконнике юный эльфийский принц Кйелиэль обнаружил горящую зимнюю свечу, которая не гасла до следующей зимы.
***
Ионела же поутру ждал совсем иной подарок.
К замку он еле долетел с рассветом. Силы почти покинули его. Все эти полёты, перелёты, поиски уже совсем нетрезвого мага и попытки объяснить, что ему надо, а потом ещё эти ритуалы над свечкой подальше от всех за каким-то сарайкой, когда пьянющий маг на каждый фейерверк порывался вернуться к гуляющим.... Вампира передёрнуло от воспоминаний. Не иначе простуда дала ужасные осложнения на мозг, раз он решился на подобное.
Ну ничего. Сейчас он уже прилетел и его ждёт дом... Милый.... Тёплый.... Родной... Дооо...ом.
Ионел протиснулся в окно и мешком свалился на кровать, не очень удачно, правда - нижняя половина тела осталась на полу. Но он даже не успел подтянуться, когда замок потряс вопль, от которого у забытого снеговика на гребне крыши замка съехало на бок ведёрко.
То был Сендер. Живой, бледный до синевы и весь покрытый шрамами, но полностью восстановившийся Сендер, очнувшийся за полчаса до этого в гробнице и ещё минут двадцать пытавшийся понять, где он. Вокруг были сплошные еловые ветки.
И вот теперь этот герой, украшенный хвоей и шишками в самых неожиданных местах, пропахший благовониями за время лежания и диверсионной деятельности с арома-палочками членов клана, дошёл до своего кабинета. До своего любимого, тщательно обставленного кабинетика со столь родными кинжальчиками, сабельуками, рапирками, арбалетиками....
- Блин, - пробормотал внезапно осознавший всё это Ионел и скатился на пол, чтобы заползти под кровать.
***
На улице было прохладно. С неба неспешно падали снежинки, серебрясь в свете луны и подсветки украшений. До рассвета оставалось всего ничего.
Ионел в красной шапке, отороченной мехом, и своём неизменном чёрном плаще осторожно передвигался по карнизу в сторону окна. Добравшись до цели, он медленно заглянул в комнату. На его счастье в этом году забыли закрыть окошко на затвор, и он легко мог просто толкнуть ставень, чтобы пробраться внутрь, что он и сделал, стараясь не выронить красный мешок.
Уже когда половина пути была преодолена, над ухом прокашлялись, прочищая горло. Ионел замер и повис, повернув голову в сторону звуков.
- Вот взял и всё испортил. Ты чего не спишь?
- Вас жду, Зимний Волшебник, - из темноты, улыбаясь, вышел молодой статный эльф, в котором смутно угадывались черты давнишнего мальчишки. - Давай помогу, - он протянул руку повелителю вампиров.
- Сам справлюсь.
Ионел легко вскочил и оказался внутри.
- Так не честно, - заявил обиженно он. - Ты должен спать, Кйелиэль.
Эльф с трудом подавил смешок.
- Не спится. Волновался я. В этом году ты припозднился.
- Ну, Волшебнику тоже надо когда-то праздновать, - Ионел непроизвольно облизнулся.
- Что ж... тогда.... - Кйелиэль протянул недвусмысленной формы подарок. - С праздником!
Вампир благодарно принял бутыль и принюхался, не спеша разрывать упаковку.
- Ваше фирменное?
- Триста лет выдержки!
Улыбнувшись, Ионел завозился со своим мешком.
- Всё-таки не стоило твоим родителям поручать воспитание такому сухарю, как Логмэрилю. Скучнейшее желание, хоть я всю библиотеку перерыл. Держи, труды по военной тактике Непобедимого Светослава.
Эльф с удовольствием принял фолиант.
- О, спасибо!
- А ещё.... - Ионел всё ещё шарил в мешке. - Вот.
Принц с подозрением покрутил в руках подозрительный мешочек, но, понюхав, расплылся в улыбке.
- Фирменное печенье Хенрика....
- Да.
Они уселись на подоконник и свесили ноги наружу.
По площади перед дворцом ещё гуляли эльфы. Тут же среди них играли в снежки три вампирши. Эльфы от них не шарахались, хотя прекрасно видели, кто это, напротив, некоторые даже присоединились к забаве.
- Счастливого Зимнего Солнцестояния, дружище, - произнёс Кйелиэль. - И спасибо за то, что стал моим Зимним Волшебником.
Ионел покачал головой.
- Нет, это ты стал им для меня, - он помолчал. - Правильно Крина говорит, бесполезно идти и искать его где-то далеко. Стоит найти Волшебника в себе для других.
Эльф кивнул.
- Хотя звучит довольно банально и слащаво, - тут же добавил вампир. Кйеонел рассмеялся.
- Зато верно.
А небо начинало светлеть.
