Как уже говорилось, портрет не только необычен, даже неожидан, но еще и очень современен. В нем четко сказывается, что Серебрякова проникновенно и чутко восприняла и переработала впечатления не только от классической, но и от современной ей живописи, как западной, так и русской, мирискуснической, и особенно — портретной живописи Серова, к которому она относилась с подлинным почитанием. Можно даже с полным правом утверждать, что автопортрет «За туалетом» — одна из вершин русского модерна. Вместе с тем, именно эта работа Серебряковой особенно неопровержимо и убедительно доказывает, что в решительно захватившем русскую живопись начала века модерне — Новом стиле, или Art Nouveau, ко времени написания автопортрета уже оттесняемом новыми, более «революционными» исканиями и течениями, характерные его стилевые особенности и признаки смешивались зачастую «с реализмом и чертами импрессионизма»[26]. В творчестве Серебряковой именно в автопортрете «За туалетом» мы встречаемся как раз с органическим слиянием вполне реалистического взгляда живописца на мир (причем принципиально реалистического) с несомненными и весьма существенными и даже типичными для произведений модерна чертами. Уже «зеркальность», отраженность изображаемого, как бы двойная отстраненность его от зрителя, пребывание самой юной женщины и окружающего ее предметного мира «на грани посюстороннего и потустороннего бытия»[27] — один из излюбленных приемов модерна. Еще более показательна явная ритмизованность решения картины и характерная остановленность действия во времени. И вместе с тем живая — и живительная — непосредственность видения отличают «За туалетом» от таких, например, произведений, как «Ужин» Бакста и его же портрет Зинаиды Гиппиус, где на первом плане — стилевые поиски и изыски, делающие эти работы типичными образцами «чистого» модерна, впрочем, вполне соответствующего личностным качествам моделей. Необходимо подчеркнуть, что Серебрякова, несомненно, воплотила в автопортрете некоторые черты модерна совершенно интуитивно, будучи чрезвычайно восприимчивой и чуткой художественной натурой. Именно то, что модерн предоставлял художнику «право на разновариантные стилизации»[28], не принуждая его менять органически присущий ему взгляд на мир, дало возможность Серебряковой особенно необычно и впечатляюще (хотя, по всей вероятности, и безотчетно, но тем более естественно) использовать элементы стиля, обогатившие и сделавшие интересным и привлекательным это бесконечно покоряющее зрителя произведение.
Лев Бакст. Ужин. 1902
Автопортрет «За туалетом» получил всеобщее признание на VII выставке Союза русских художников в Петербурге, где он экспонировался вместе с тринадцатью другими работами Серебряковой 1906–1909 годов. По сути дела, он стал подлинным открытием на выставке (наряду с картиной «Сон» К. С. Петрова-Водкина), отмеченным не только статьей А. Бенуа[29], но и рядом других отзывов. Сдержанный и всегда безупречно объективный Серов написал об этой работе: «
К остальным выставленным ею работам он отнесся строже[30], в то время как Бенуа, безусловно выделяя автопортрет, замечал:
«
Хотелось бы подчеркнуть здесь одно положение. Глубоко верны слова о прирожденном мастерстве, ведь, как уже говорилось, Серебрякова была, по существу, тем, кого зовут самоучкой, или «аутодидактом», ставшим благодаря таланту, помноженному на упорнейший труд, великолепным и своеобычным живописцем, всегда идущим особым путем.
Несколько отступив, необходимо заметить, что именно эта VII выставка Союза русских художников была последней, на которой совместно с основоположниками Союза — москвичами выступали бывшие мирискусники. В декабре 1910 года в Петербурге открылась выставка воссозданного «Мира искусства», и с этих пор участие Серебряковой в его выставках стало «само собой разумеющимся»[31].
