Злачное место полностью

Люди так привыкли к виду принюхивающегося человека, ну или там собаки, кошки, коровы – живого существа, короче, пропускающего вдыхаемый воздух через ноздри, дабы ощутить запах, что начисто забыли: такой способ получения информации о веществах, могущих пахнуть, – не единственный. Он просто удобен: раз уж все едино организму надо вдыхать кислород – так пусть уж заодно струя воздуха пройдет и над обонятельными клетками, расположенными в слизистой носа, а молекулы различных веществ, имеющихся в этом самом воздухе, будут восприняты рецепторами этих клеток. Глядишь, и информация у организма появится – на запах идти или, наоборот, мчаться от него со всех ног, лап, копыт. Зомби так не делали. В смысле – струю воздуха через нос не пропускали, значит… Ничего это не значит! Или принюхивается насекомое, летящее на аромат (ну, или вонь, это у кого какие вкусы) часто довольно далеко? Вообще-то у них и легких-то нет, только дыхательные трахеи, да и в тех нет обонятельных клеток. Они у них – на усиках, антеннах, кои никаким образом в акте дыхания насекомого не участвуют, но молекулы веществ, имеющиеся в воздухе воспринимают, иногда – за десять километров от источника запаха, как тот же шелкопряд, к примеру.

Несмотря на общую похожесть обонятельных клеток и у млекопитающих, и у насекомых, у последних они построены по совершенно другому принципу. Перестраивая организм носителя применительно к новым условиям, «шестерка», конечно, не могла оставить без внимания такой важный для дальнейшего выживания источник информации, как запах. Не может дышать? Ничего страшного: помимо прочих изменений в теле, перестроим обонятельные клетки по примеру насекомых, чтобы «запаховые» молекулы воспринимались и без струи вдыхаемого воздуха, и даже без белка, который нужен человеку для передачи «обонятельного» сигнала по цепи синапсов… И зомби уверенно выходили на затаившихся людей, пахнущих потом, духами, да и просто адреналином. Страхом. А кстати, кто сказал, что и струи в легкие-то не будет?..

… – Способ искусственного дыхания Сильвестра, – пожал плечами Старый. – Он ведь как придумал помощь утонувшим оказывать, ну или по крайней мере описал: руки пострадавшего разводятся в стороны и вверх – грудная клетка расширяется, и, по закону отрицательного давления, воздух поступает в легкие. Вдох. Потом руки сводятся, объем грудной клетки уменьшается – выдох. Вот и этот «дикарь» так же поступал: видел, как он извивался да вытягивался: хоть и не так много воздуха ему туда и попадало, но для того, чтобы плач сымитировать, – вполне. Хотя нет. – Он на минуту задумался. – Это скорее способ Говарда будет. Точно – Говарда, там как раз так же на грудную клетку утонувшему давили. Только сзади.

…И точно так же поступали и многочисленные человеческие зомби – многие, перед тем как на них напали, так и не сообразили, чего это зомбак потягивается да руки в стороны разводит? Многие про этот эпизод так и не смогли потом рассказать никому. Ну а те, кто выжил… хватало в этом мире и других дел…

Наскоро позавтракав – кашу варить не стали, некогда было, – команда вновь погрузилась в машину, и они медленно поехали назад, пробуя вспомнить, когда и где они свернули не туда. Как водится, при свете нашли сразу. А потом, естественно, только удивлялись, как они могли вчера так лопухнуться.

Быстро отыскали и место, где Артем с Крысоловом закопали оставшиеся сумки с таблетками, опять же быстро добрались до полосы бурелома, возле которого им пришлось Варькин ЛуАЗ оставить. Варька чуть не прослезилась, когда его опять увидела. Странные они все же, девчонки. Вот, по Артему, так и ничего особенного. Ну машина, ну неплохая. А чего целовать капот бросаться, спрашивается?

Хорошо хоть то, что в двух машинах разместиться оказалось не в пример легче. В «ниву» сели Кусок, Банан и, на удивление Артема, Крысолов. Ну а они уже со Старым и Варькой в качестве водителя в ЛуАЗе поехали, вслед за «нивой». Вообще-то Артем ожидал, что Крысолов рядом с Варькой поедет, но, видать, командир не захотел слишком уж показывать на людях свои отношения. А чего, спрашивается, стесняться? У них обоих на лбу написано – «тили-тили тесто». Артем бросил последний взгляд на полосу бурелома: интересно, теперь поселится здесь кто-нибудь? По старым меркам, такое место – самое то для кабана. Может, и появится здесь новый хозяин – лишь бы живой, а не мертвый.