«Как отшить девушку, не обидев?» – вечный вопрос, требующий тонны времени, так как имеет большую почву для размышлений. Как истинный книжный червь, знающий о существовании логичных способов и противоположных сим, с полным ее отсутствием, могу точно подтвердить, что даже в зависимости от ситуации наверняка хрен угадаешь, какой в данный момент окажется наиболее полезным. Попасть впросак – раз плюнуть. К гадалке ходить не нужно, чтобы навечно уяснить: настроение девушки – штука переменчивая, сейчас она мило улыбается, глядя тебе прямо в глаза, а через пять минут готова вспороть тебе брюхо.
Поисковики на данный запрос выдали бы полчище разнообразных вариантов, под каждым из которых найдется не один несчастный комментатор, прочувствовавший на себе всю горечь принятого им решения… «Переориентируй девушку на своего одинокого друга, расхваливая его достоинства; Избегай встреч, не отвечай на телефонные домогательства», – советуют самые гуманные жители планеты. Однако встречаются и предложения вроде: «Начни задавать чисто женские вопросы, типа «где ты делала прическу», «как ты ухаживаешь за ногтями», «на какой диете сидишь» и прочую чушь. Это заставит ее видеть в тебе «подружку». Этакая аура френдзоны. Скромно, со вкусом. Однако заезженно и использовано неоднократно…
Так как причина, по которой я, собственно, задумался над этим вопросом подкреплена родственным союзом, то лучше меня никто не знает – с моей сестрой подобные фишки не прокатывают. Более того, таким способом банный лист в её лице обещает просуществовать в тандеме с носителем еще очень долго…
Вот и сейчас, когда все мосты были сожжены, и назад дороги не было, разрывая этот отнюдь не робкий поцелуй, я уставился на Свету. Что сейчас будет? Мне оставалось только гадать. Сердцебиение, заглушающее гул в коридоре, не давало сконцентрироваться на единой мысли. Дело было за малым – стой и наблюдай за последующей реакцией, прикуси язык, а лучше сразу проглоти и дай сказать ей каждое слово, выслушай и только потом вступай в дискуссию, иначе рискуешь огрести лещей от неадекватной женщины. Так и сделал. Молча стоял, впялил взгляд в одну точку, косил под немого. Света, тем временем, развернувшись на сто восемьдесят градусов, покраснела как рак, разве что из ушей пар не шел. Секунды на сборы, мысленные проклятия, сжатые кулаки, а следом, словно по команде «вольно» – полная аморфность. Разворачиваясь обратно, на полном выдохе, сестра выдает:
- Досадненько! Ощущение, словно спрятала в дальний угол вещь с распродажи, пяти минут не прошло, а ее уже свистнули.
«Молчи», – одним жестом приказал я, глядя на охуевающий взгляд Влада. Кажется, он уже был готов впиндюрить ей очередную затрещину за нелицеприятный отзыв о себе.
- И чего вы раньше молчали, в партизанов в детстве не наигрались, что ли?
Эмоции на лице сестры были весьма красноречивы: обида, злость, негодование перекрывались разочарованием, а там на место встало убийственное чувство, оправдывающее былые опасения – “женская интуиция”.
- Так и знала… – закусив губу, озвучивает вердикт.
Мне даже стало жаль ее, в мыслях я уже в тысячный раз сокрушался, что пошел на это... Как реагировать на вот такое поведение сестры я знал, но легче от этого не становилось. «Пять минут, дай ей пять минут», – подсказывает сознание.
- Ты злишься? – осторожно спрашиваю я, наблюдая, как выражение на лице сестры становится совершенно неузнаваемым: глаза по-доброму щурятся, губы растягиваются в улыбке, а из ее уст вырывается смешок, один за другим, превращаясь в заливистый смех.
- Издеваешься? – ловя пальчиком, зародившуюся слезу в уголке глаза, не дает ей сползти по лицу. – Развела вас, как лохов, – не переставая смеяться, продолжает она, – впрочем, и вы развели меня, как лохушку.
Непонимающе переглядываемся с Владом, в его взгляде читается «что происходит», а я понимаю, что не могу найти такой реакции логическое объяснение.
- И давно вы перешли в разряд столь близких отношений? – успокаиваясь, ее лицо постепенно перестает пылать, на щеках проявляется едва заметный румянец.
- Давно, относительно давно, – с улыбкой на лице ответил Влад, приобняв меня одной рукой за талию. Я не рискнул возразить. Сейчас я вообще пребывал в весьма подвешенном состоянии, едва осознавая, что происходит. – Ты уж прости, что сразу не сказал, я надеюсь, без обид? – не унимался Влад.
- Да какие обиды? – искренне улыбается. – Ох, даже не знаю, что сказать, какое-то время может я и буду по-идиотски ощущать себя в твоем присутствии, но, думаю, скоро это пройдет, – выдала она, отчего мне стало жутко не по себе. – Я надеюсь, в скором времени мы сможем общаться как нормальные люди, и пусть я потороплюсь, когда скажу, что хочу, чтобы ты воспринимал меня хотя бы как друга, но промолчать не могу… – тень смущения на лице.
