Дифор, не переступая порога, внимательно осмотрел комнату через дверной проем и только после этого рискнул войти внутрь. В кресле рядом с большой ламповой радиостанцией покоился труп человека. Казалось, что перед смертью он долго голодал. Тонкая сухая кожа туго обтягивала череп, высохшие глазницы печально смотрели в потолок, а рука всё еще сжимала микрофон. Не было никакой нужды в тщательном расследовании для выяснения причины смерти. Всё стало ясно после первого же взгляда на тело. Из горла радиста торчала короткая арбалетная стрела. Еще одна проткнула правую руку рядом с локтем.
Элеонора поежилась. По радиорубке гуляли холодные сквозняки. Оконные фрамуги были распахнуты настежь. Наверное, поэтому труп не протух и не начал вонять.
Мертвый радист мумифицировался на своем рабочем месте.
– Когда вернется граф? – стараясь сохранять спокойствие, поинтересовался Дифор.
– Передайте ему, что королева им недовольна, – Элеонора повернулась к капитану. – Кстати, Дифор, мы можем упечь этого Вонримса в каталажку? Похоже, это он укокошил парня.
– Аристократия неподсудна, – капитан подошел к громоздкой рации, занимавшей почти весь большой письменный стол. – Графа можно казнить за убийство другого графа или, допустим, самого короля. А за то, что он придушит кого-то из челяди: крестьянина или инженера, к примеру, никто не посмеет его даже пожурить. Небольшой штраф – это максимально возможное наказание.
– Иерархия, блин! – Элька скрипнула зубами. – Цивилизация!
Дифор развел руками и, на время забыв обо всём, защелкал тумблерами. Дряхлый аппарат никак не реагировал на тщетные попытки капитана подключить хоть одну схему. Даже выяснить неисправность пока не представлялось возможным. Капитан отодвинул в сторонку кресло с радистом и прислушался к радиостанции. Все присутствующие притихли.
– Питание есть? – спросила Элеонора. Она точно знала, что любой электрический прибор начинает работать, если его включить в розетку.
– Питание-то есть, – озадаченно сообщил Дифор и покрутил большую рукоятку. На панели прибора загорелась одинокая синяя лампочка, стрелки индикаторов вздрогнули. – Но почему-то не работает ни одна схема.
– Может, за это граф и грохнул радиста? – предположил Тидбит. – В порядке наказания.
– Граф добрейшей души человек. Мух из рук кормит, за котятами ухаживает, – заступился за хозяина верный Какун. – Я скорее поверю, что радист застрелился сам.
– Из арбалета?! Два раза? Ваш радист случайно не подрабатывал клоуном в ярмарочном балагане? – Дифор мрачно ухмыльнулся и начал копаться в ящиках стола. Немного погромыхав железяками, он извлек на свет паяльник с оборванным проводом, спиртовку с пустой колбой и большую отвертку.
– С инструментами у них негусто, но я всё-таки попробую что-нибудь сделать, – бодро пообещал он, всем своим видом выражая детскую решительность и безграничную уверенность в легком успехе.
– Скажи, Какун, – Элеонора задумчиво потерла подбородок, – вертолет в вашем натуральном хозяйстве имеется?
– Мне очень жаль, ваше величество, – начальник стражи скорбно понурился.
– А какими транспортными средствами вы вообще пользуетесь?
– Лошадьми, ваше величество. Только они, наши милые лошадки, не дают нам сгинуть в этой глуши, – Какун благоразумно умолчал о скоростном вездеходе и двух мотоциклах, которые хранились в подземном гараже. Еще до того, как отпереть ворота незваным гостям, начальник стражи получил от графа Вонримса весьма конкретные инструкции относительно размеров собственного гостеприимства. Граф приказал любой ценой удержать королеву и ее друзей до получения дополнительных распоряжений.
– И сколько времени потребуется, чтобы верхом добраться до столицы?
– Больше недели, ваше величество, – с нескрываемой печалью в голосе сообщил Какун, глядя на королеву честными глазами. – Это если повезет с подменами. Кроме того, еноты лютуют. Слава стражам Туманной Реки, хотя бы мертвяки куда-то пропали. Я бы не советовал вам путешествовать в такое смутное время со столь скромным эскортом. В нашем замке вы будете в полной безопасности, а в столицу мы отправим гонца. Пускай они вышлют броневики и охрану.
Начальник стражи самодовольно надулся. Наверное, ему казалось, что он дал королеве хороший совет и в будущем ему это обязательно зачтется. Жестяной кожух радиостанции с грохотом упал на стол, и Дифор, скривившись от боли, принялся яростно дуть на пораненный палец. Из неглубокой ранки выступила капелька крови.
– Крышка не была закреплена, – виновато улыбнулся он, тряся рукой.
Заглянув во внутренности архаичного аппарата, пилот Тидбит вычурно, но вполне пристойно выругался. Он первым сообразил, что паяльником и отверткой здесь обойтись не удастся. Из примитивной однослойной платы торчали только цоколи ламп. Ни одной целой стеклянной колбы не было видно. Зато дно прибора толстым слоем устилал слой хрупкого стеклянного крошева.
– Где можно достать новые лампы? – убито спросила Элеонора.
– В Глогаре, – буркнул Дифор и раздраженно швырнул на пол отвертку.