Маркус не боялся Феи. Эта девушка была сильной, но беспомощной одновременно. Она была лишена собственной жизни, будучи вынужденной постоянно транслировать свои видения.
— Ты пришла сюда не просто так, да дорогая? — спокойно спросил вампир. — Что ты хочешь мне сказать?
— Ты так близок к своей цели! — с трагическим нажимом, начала она, расхаживая по балкону и изредка посматривая на оппонента. — Но как же хрупка твоя мечта!
— О чём ты говоришь?
— Белая смерть может умереть, не дожив до сверкающих дней! — кивая головой, ответила она. — Защити её, иначе нам всем конец!
— Безумная девчонка, что ты такое говоришь? — разозлился вампир, подлетая к ней и обхватывая за хрупкие плечи.
Она с холодной беззащитностью посмотрела ему в глаза.
— Ты жаждешь истины, ну так смотри!
Маркус не заметил, как она сдёрнула с руки перчатку, непростительная оплошность! Девушка коснулась его щеки.
Это вновь были граффити того Пророка. Но что за жуть была на них изображена! Сожжённые города, мёртвые младенцы, которых пожирали звери и вампиры, безумные от голода, гнавшиеся за последними оставшимися в живых людьми. Это был истинный конец света, апокалипсис в свете его ошибки! О, он чётко видел знаки, сомнений не было — это будущее — будущее, созданное им.
А потом он увидел одну странную картинку. Как шажок назад, в благополучное время. Безмятежный Нью-Йорк, картина на стене, где изображена умирающая София. Новая смерть… сколько ещё раз этой девушке придётся умирать? Когда для неё закончится эта череда боли и страха? Но мрачнее этих мыслей, было только осознание связи между Софией и Леей. Связанные узами смерти, как могла возникнуть эта связь, ведь они никогда не встречались друг с другом, никогда не слышали друг о друге? Это было похоже на магию, колдовство, направленное против него и Себастьяна. Но кто кукловод?
— Я понял, — безжизненно ответил он.
— Ты ничего не понял, — с ледяной яростью прошипела Пифия, сжимая руки в кулаки. — Останови фальшивку! Ведь ты уже знаешь, кто это! Они жаждут уничтожить её! Найди их первыми!
И девушка стремительно покинула вампира. Подойдя к краю балкона и посмотрев вперёд, вампир улыбнулся. Теперь, почему-то, картинка стала складываться. Пифия всегда нейтральна, она бессмертна, никто не отважится уничтожить судьбу. Поэтому он не боялся, что она сможет навредить их планам. Жаль, что, скорее всего, они больше не увидятся, эта вампиресса была достойна своей крови. Она никогда не переставала быть хищницей.
Сзади раздался окрик Себастьяна. Маркус последний раз бросил взгляд на пустое и чёрное небо, а затем присоединился к развеселившейся семье.
