Злоба полностью

– Так-то лучше. Теперь давай вон там, под столом, – там еще не прибрано.

Корбан хмыкнул и подмел там, куда указывал Вонн. Он очень не хотел выполнять приказы Вонна, но Брина попросила его подмести, и он знал без тени сомнения, что, в какой части дома она бы ни находилась, целительница будет слушать.

В этот момент в комнату вошла Гроза, устав играть с Буддаем. Увидела жесткие прутья метлы, что пробегали взад и вперед перед ее мордой, и прыгнула на них. Рукоять метлы вырвалась у мальчика из пальцев, и Корбан засмеялся.

– В-в-вы! – воскликнул Вонн.

– Что? – повернулся Корбан. Вонн принял сидячее положение, его светлые волосы потемнели от пота, отдельные пряди прилипли к лицу.

– Это же ты был? В Баглуне? – Вонн перевел взгляд с Корбана на щенка.

– Да. И что из этого? – спросил Корбан.

– И ты смеешь приходить сюда и брать с собой вот это? – Вонн с укором ткнул пальцем в сторону Грозы.

– Да, так и есть.

– Тебе за многое придется ответить. Если бы я не был прикован к этой постели, я бы сам преподал тебе урок. Прямо сейчас.

– Я же не сделал ничего плохого, – заспорил Корбан.

– Ничего плохого? Так это не ты защитил зверя, который погубил кучу славных ребят и стал причиной моих мучений? По-моему, ты сделал много чего плохого. И когда я поправлюсь, я тебя найду – и ты за все расплатишься.

– Я не сделал ничего плохого, – повторил Корбан, чувствуя внутри себя борьбу гнева и страха. Он знал, что Вонн отлично владеет мечом.

– Мой отец бы с этим не согласился, – сказал Вонн.

– Что ж, а королева не согласилась бы с ним! – выпалил Корбан.

Они молча смотрели друг на друга, затем Корбан развернулся и бросил:

– Подметай свою комнату сам.

И вышел из помещения, а Гроза устремилась за ним по пятам.

Корбан начал подметать в другом месте и делал это так яростно, что вокруг него зависло облако пыли, но он даже не замечал. Брина сидела в кресле и корпела над какой-то книгой в кожаном переплете. Она также следила за Корбаном в окружающих его клубах пыли, но ничего не говорила.

Вскоре сквозь открытые окна послышался крик. Корбан побежал к двери, Брина двинулась следом за ним.

Дружинник, приставленный к Вонну, находился в дальней части поляны, обросшей по границе ольшаником. Корбан видел, что он размахивает копьем в воздухе и громко и радостно кричит. Вдалеке послышался топот лошадиных копыт.

Воин постоял там еще немного, теперь уже молча, затем повернулся и направился к ним.

– Что происходит? – спросил Корбан.

Воин посмотрел на него, но ничего не сказал.

– Ну и? – рявкнула Брина. – Оглох, что ли? Мальчик задал вопрос.

– Это был поисковый отряд, – сказал дружинник, по-прежнему не глядя на Корбана. – Он идет в крепость. Мэррок с ними.

Верадис набрал в легкие воздуха, смакуя запах и вкус моря, хотя обжигающий ветер нещадно хлестал его по лицу – так, что на глаза наворачивались слезы.

Он легко ходил по палубе корабля, без хлопот справляясь с качкой. Прочим же приходилось не столь хорошо.

Бос прильнул к борту, согнувшись пополам, из его рта свисала нить слюны. Вдоль всего борта виднелись другие мужчины в подобных позах. Верадис улыбнулся. Он вырос в бухте, поэтому палуба корабля была ему более чем знакома. Но бо́льшая часть воинов в отряде Натаира прибыли из сердца материка. Многие и увидели-то океан впервые, не говоря уже о морских путешествиях.

У Верадиса был мрачный вид. Вздумай Вин-Талун их предать – а ведь плыли они именно на вин-талунских кораблях – сейчас для этого было бы самое время…

«Нет, – подумал он, – Натаир прав. Если бы они хотели его смерти, то давным-давно бы с ним расправились».

Верадис добрался до носа корабля. Солнце, взошедшее на горизонте, превратило море в сияющее золото.

С их выхода в море минуло пять ночей. Ранее можно было разглядеть береговую линию Пельсета – самого восточного из трех островов Вин-Талуна. Теперь же они рассекали воды великого моря Тетис, и между ними и Тарбешем не было ничего, кроме воды.

Он посмотрел через плечо, наблюдая за другими кораблями в их флотилии, которые в ярком солнечном свете казались черными точками. На этих кораблях плыли восемь сотен воинов Натаира, и только сотня из них осталась в Джеролине, чтобы собирать и обучать новобранцев, пока основная часть будет в походе. Он улыбнулся, вспомнив короля Аквилуса и Перитуса, что с удивлением наблюдали за учениями отряда.

А там было на что посмотреть.

Треть когорты, около трехсот или около того человек, стояли плечом к плечу в пять рядов, в каждом из которых было по шесть десятков ратников. Остальные две трети получили приказ сбиться в кучу и атаковать, как это было принято в Землях Изгнанников, – беспорядочной толпой. Они наступали на неподвижную линию воинов, выкрикивая боевые кличи, с деревянными мечами и копьями в руках. Когда отделяли две группы друг от друга только двадцать или тридцать шагов, бойцы, что стояли шеренгой, подняли большие круглые щиты, образуя стену из дуба и железа.