Корбан тихо вошел в кухню. Таннон сидел на стуле у камина, положив подбородок на грудь. Клочья его Черной Бороды поднимались и опускались вокруг рта, когда он ритмично храпел. При виде Корбана Буддай оторвал взгляд от ног хозяина, и его хвост мягко застучал по каменному полу. Буря появилась из-за спины собаки и подпрыгнула, сверток мягкого белого меха был изрезан темными полосами. Он присел на корточки, и она потерлась о него мордой, покусывая его пальцы своими острыми зубками детеныша.
- Ш-ш-ш, - прошептал он, не желая будить отца. Он гладил Бурю нежно, спокойно. Ее белый детский мех был мягким и пушистым, более грубые волоски уже начинали прорастать, испещренные черными крапинками.
Таннон проснулся, когда тарелки с грохотом упали на кухонный стол, а из сада вошла Сайвен с дюжиной яиц, спрятанных под рубашкой.
За обедом разговоров было немного. Все устали, так как мало спали. Тревогу подняли глубокой ночью, когда сменили охрану разбойника и обнаружили, что его камера пуста. Вскоре после этого распространилась весть о мертвом воине возле колодца, о том, что Маррок и Кэмлин ушли. Корбан вложил всю свою энергию в уничтожение сыра, яиц и теплого хлеба, которые были поставлены перед ним.
- Есть новости?- спросила Сайвен. Корбан уставился на содержимое своей тарелки, борясь с желанием взглянуть на сестру. Он чувствовал на себе ее взгляд.
‘Пока нет, - ответила Гвенит, стоя к ним спиной и суетясь вокруг печей.
‘Еще рано, - сказал Таннон. - Теперь, когда солнце поднялось высоко, выследить его будет легче.’
"На рассвете", - подумал Корбан. Маррока должны были отпустить на рассвете. Подняв глаза, он поймал взгляд Сайвен; это сказало ему, что она думает о том же самом.
Брейт дал слово. Стиль Темного Леса. Он содрогнулся, вспомнив глаза лесника, его хватку и обещание отомстить, если Корбан нарушит свое слово. Несмотря на все, что он слышал о главаре разбойников Темного Леса, он верил ему. Дурак. Я дурак, сказал он себе.
‘Я пойду к Брине, - сказал он, быстро вставая и скрипя стулом по каменным плитам. - Убери с дороги мои дела.’
‘Я пройду с тобой часть пути, - сказал Таннон. Гвенит сунула ему немного еды, завернутой в вощеную бумагу, и он ушел вместе со своим отцом, Буддаем и Ьуря, рысью выбежавшими следом.
- Куда ты собрался, папа?- спросил Корбан.
‘Не мешало бы проверить Стедфаста. Он в загоне, рядом с твоим жеребенком, - сказал огромный кузнец. Корбан поднял бровь и посмотрел на него, когда они шли к Стоунгейту.
- Ладно, по правде говоря, я не очень рад тому, что ты сейчас гуляешь по сельской местности в одиночку, да еще с беглыми разбойниками из Темного Леса.’
‘Они уже давно ушли, - сказал Корбан.
‘Откуда ты это знаешь, парень?- сказал его отец. Сердце Корбана дрогнуло в груди, но затем Таннон продолжил: ‘Они могли залечь где-нибудь поблизости. Дождаться, пока шум утихнет, и вернуться в Лес Мрака, когда за ними не следят. Это старый трюк, я бы не стал скрывать его от этого разбойника. Что я хочу знать, так это где Маррок?- Он продолжал, не ожидая ответа от Корбана. - Скорее всего, мертв. Лежит за стеной или в бухте с перерезанным горлом.’
Корбан чувствовал себя больным.
Некоторое время они шли молча, проходя под сводчатыми колоннами Стоунгейта и пересекая древний каменный мост. Козы бродили по холму, пока они спускались, выискивая траву и растительность на продуваемой ветром земле, кусты утесника, желтеющие под летним солнцем.
- Ты уже назвал своего нового жеребенка, Бан?- Спросил Таннон.
‘Нет. Ещё нет.- Это было не от недостатка размышлений на эту тему. Он проводил много времени со своим жеребенком, как с Гаром, так и с Сайвен, и один. Много ночей подряд он засыпал со списками имен: Быстроногий, Охотник, Зоркий, Светохвост, даже Ветроход, в честь жеребца, принадлежавшего Сокару, их древнему предку, первому королю изгнанных земель. Ничто, казалось, чтобы соответствовать.
‘Гар сказал мне, что это имя будет претендовать на лошадь, и не торопи ее, - сказал он, - но прошло уже много времени, и я устал называть его “Мальчик".”’
‘Ну, мало кто знает лошадей лучше, чем Гар. Я последую его совету.’
- Да, - согласился Корбан.
Они продолжали спускаться с холма, быстро пересекая деревню и направляясь к гигантской дороге, дети, игравшие на улице, останавливались, чтобы посмотреть, как Буддай и Буря бежали позади них, Буря прыгала вокруг собаки, проскальзывая между ее ног, когда они играли. Таннон усмехнулся.
- Привыкла, что все смотрят на тебя, да?-спросил он, глядя на широко раскрытых детей.
- Нет, - ответил Корбан. - Надеюсь, люди скоро привыкнут к ней.’
‘Это может занять некоторое время, - сказал Таннон. ‘Не так уж много мест, где волк бродит среди людей при свете дня. И она будет только расти.’
Корбан не слишком задумывался о Буре, но его отец был прав.
‘Мне все равно, - сказал он. ‘Теперь она здесь, и так будет всегда. Людям придется привыкнуть к этому.’
‘Да, парень, в этом нет никаких сомнений.’
