- Не выйдет. Наш мир вещей состоит из того, что обращается в пепел. Бумага, ткань, дерево, некоторые виды пластмасс. Металл в этот список не входит. Ты не найдешь здесь ни стволов, ни ножей, ни камней, ни машин. Но здесь и без того барахла хватает. Мягкий мир... и мы тоже мягкие... - Георгий подмигнул. - Так что здесь простая палка или ножик пластиковый - не хуже, чем в прежнем мире хороший ствол.
- Это что же, - Костя вдруг расплылся в улыбке, - получается, я теперь буду ангел-хранитель?
- Посмотри на меня, - предложил Георгий. - Я похож на ангела?
- Нет.
- Ну а ты тем более. Особенно когда открываешь рот. Ангелов ты здесь не сыщешь, как ни старайся. Те же люди. Без крыльев, без нимбов, частенько и без мозгов... фигурально выражаясь. Плохие люди, хорошие, так себе...
- Погоди... - Денисов сдвинул брови, - в машине, прямо перед тем, как меня... я видел какого-то типа... он появился из ниоткуда, он... Хочешь сказать, это был мой хранитель?
- Любопытно, - заметил наставник - без особого, впрочем, интереса. - Видимо у тебя был очень сильный хранитель. Слишком отчаянно пытался тебя спасти. Надеюсь, его теперь приставят к кому-нибудь стоящему.
Костя скептически усмехнулся сказанному.
- И какой в этом смысл? Кто все это придумал? Господь бог?!
- Не знаю, он мне об этом не говорил.
- А ты его видел?! - Костя потрясенно приподнялся.
- Не далее, как вчера.
- Ты врешь! - заявил Денисов с нервным смешком. Георгий кивнул.
- Вру. Никого я не видел. Ни бога, ни ангелов, ни демонов, ни апостолов.
- Но они существуют?
- Об этом я знаю не больше тебя.
- А как же все эти департаменты, службы?! Откуда берутся...
- Ты начинаешь задавать вопросы, не имеющие отношения к делу, - Георгий сел и свесил босые ноги с дивана. - Значит, очухался. Мне пора домой.
- Но как же...
Пыльная люстра вдруг мелко замерцала, и действо на телевизионном экране рассеклось помехами. Георгий встревожено спрыгнул с дивана, и Костя, решив, что это неспроста, тоже вскочил, настороженно озираясь.
Люстра мигнула еще раз, и ее свет вновь стал непрерывно ярким. В наступившей тишине проросла низкая одинокая нота, к ней присоединилась вторая, потом третья. Мгновение аккорд дрожал, словно в нерешительности, потом затих, почти сойдя на нет, а затем из этого отголоска звука выплеснулась вдруг музыка, заструилась по комнате, заполняя тишину до самого потолка, - прозрачная, легкая, волшебная, рожденная из сердец множества инструментов, и Костя даже не мог определить, каких именно. Впрочем, определять и не хотелось - хотелось только слушать, слушать бесконечно, растворяясь в чарующей мелодии и становясь ею, как растворяется лед в бокале некоего дивного напитка. И он даже не вздрогнул, когда на старый палас гостиной из ниоткуда шагнули вдруг три тонкие изящные фигуры в белых свободных одеждах, спадающих мягкими складками. Прибывшие - девушка, молодая женщина и мужчина денисовского возраста - были красивы необычайно, их глаза светились доброжелательностью, а губы улыбались так, что Костя почувствовал невероятное умиротворение и невольно глубоко вздохнул, хотя, вроде бы, хранители больше не нуждались во вздохах. Впрочем, краешком сознания, не плененным прелестью прибывших, Костя ощутил в этом умиротворении нечто неправильное - как будто оно было отличным пиджаком с чужого плеча, и слегка подобрался, вернув руки в ставшее уже привычным положение.
- Добрый вечер, Константин Валерьевич, - голоса визитеров оказались не менее прекрасны, чем внешность и окутывавшая их музыка.
- Это еще как сказать... - пробормотал Костя. - Впрочем, привет.
- О, - скептически произнес Георгий. - Явились - не запылились! К Константину Валерьевичу Денисову пришедши, а? А ничего, что Константин Валерьевич уже побывал и в отправной точке, и в третьем дне, и в девятом?! Ничего, что я его наставник, и у нас уже как бы занятия?! А тут вы с оркестром и все в белом! Самое, конечно, время!
Троица синхронно повернула головы в его сторону. Музыка тотчас исчезла в тишине, и одновременно с этим девушка сказала:
- Ой!
- Это кто такие? - озадаченно спросил Костя. - Еще наставники?
- Это наша служба оповещения, которая в последнее время отличается необыкновенной пунктуальностью, - Георгий сделал в сторону прибывших представляющий жест. - Пришли в психологической форме сообщить тебе, что ты умер. После оповещения все дальнейшее, как правило, воспринимается чуть-чуть полегче.
- Вот как?! - немедленно рассвирепел Костя и взмахнул рукой с ключами, чуть не попав по носу одному из представителей службы оповещения. - И где вас все это время носило?! Потрясающе - и здесь начинается тот же бардак! Я на вас буду жаловаться! Кто администратор?!
- Успокойтесь, Константин Валерьевич, - примирительно произнес Евдоким Захарович, так же неожиданно возникая рядом с пришедшими, - с этим мы без вас разберемся.
- Что-то у меня насчет этого большие сомнения!
- А грубить не надо, Константин Валерьевич, - укоризненно заметил синебородый и, взглянув на троицу в белом, покачал головой. - Нехорошо, господа, крайне нехорошо. До свидания.
