Ал спокойно сидел у кровати, читая книгу. Этот мальчишка — и читает книги? Муан даже отвлекся от беспокойного созерцания лица старейшины пика Черного лотоса и наклонился, чтобы прочесть название. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это некий фривольный романчик. Брови прославленного мечника полезли на лоб. Он фыркнул, облетел вокруг Ала и заглянул в текст, ну просто чтобы подтвердить свои догадки об умственной несостоятельности этого парня.
Через несколько минут Муан недовольно скривил губы, когда Ал перелистнул страницу. Какого черта — он не дочитал такой интересный момент, как госпожа А признавалась господину С! Не успев возмутиться, Муан кинул взгляд на следующую страницу и опешил: «Что?! Он отверг ее?? А она не сдается? А вот это уже интересно!».
Вместе с Алом дочитав до конца, Муан перевел на его одухотворенное лицо подозрительный взгляд. Он ведь не собирается пытаться провернуть с Шеном нечто подобное? И где он вообще достал такую возмутительную книжонку?
Ал отложил книгу на столик, перевел взгляд на Шена и тоскливо вздохнул. Прошел уже целый день, а он так и не пришел в себя. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы он отдохнул. Но он так внезапно потерял сознание, что Ал не мог не волноваться. И этот дремучий лекарь не сказал ничего дельного! И это — императорский лекарь?! Может, Ю Си позвал какого-то деревенщину?
Ал ощущал полное бессилие. Нужно было вместо книжек Аннис прихватить медицинский трактат. Он окинул помещение медленным пристальным взглядом. В углах таились тени, свечное пламя плясало на стенах. Тишина стояла такая, будто во всей императорской резиденции нет больше ни одного человека.
В этой оглушающей тишине Шен сделал резкий вдох, а затем подскочил на кровати. Мгновение он слепо таращился в темноту, а потом окинул взглядом комнату и узрел Муана и Ала.
— Я нашел твое тело! — радостно воскликнул он, подскакивая на кровати.
Одеяло слетело, обнажились перехваченные бинтами грудь и плечи, черные волосы водопадом окутали его спину. Ал вытаращился на него, никак не ожидая такой внезапной прыти. Казалось, Шен сейчас будет прыгать на кровати, как получивший желанный подарок ребенок.
Муан протянул к нему руку, но замер, не закончив движения. Шен нахмурился, внимательнее посмотрев на него.
— Что это с тобой? — тревожно произнес он, больше не пытаясь прыгать. — Ал, выйди, пожалуйста.
Тот открыл было рот, но осекся, резко отвернулся и вышел из комнаты. Шен проследил, как за ним закрылась дверь, и перевел взгляд на прославленного мечника. Вновь опустившись на кровать, он протянул к нему руку, подзывая к себе. Когда Муан в нерешительности остался на месте, Шен грозно произнес:
— А ну иди сюда, живо!
Муан послушно подлетел поближе, но не протянул ему руку. Шен досадливо ухватился за первое, до чего дотянулся — за его колено.
— Почему ты не подпитался моей энергией, если столько истратил?! — возмущенно бормотал Шен, намертво вцепившись в его ногу. Муан попытался было отодвинуться, но осознал, что лучше сейчас с ним не спорить.
— Ты уверен, что достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы делиться со мной энергией?
Шен от такого вопроса даже опешил и поднял на него недоуменный взгляд. Тут он понял, что стоять на коленях, двумя руками держась за его ногу — довольно неудобно, а если посмотреть вверх, так еще и неустойчиво. Шен пошатнулся и чуть не упал с кровати, Муан попытался этому помешать, и неожиданно для себя каким-то непостижимым образом оказался спиной на этой самой кровати, прижатый сверху локтем проклятого старейшины. Он попытался просочиться сквозь матрас, но Шен удержал его.
— У тебя помутнение рассудка? — будничным тоном уточнил Шен. Его пальцы сейчас выбивали некий одному ему ведомый ритм по ключице прославленного мечника. Жалко — призрачного, с телесным бы удалось услышать мелодию. — Разве похоже, что у меня мало энергии? Мерцающее ядро потускнело?
— Нет, но…
— Но что? — уточнил Шен, и в тоне этих простых слов Муан ощутил явственную угрозу. — Собирался довести себя до истощения, когда я уже так близко к нашей цели? И чем ты занимался, что твоя ментальная оболочка так ослабла?
С каждым касанием его пальцев, продолжающих отбивать дробь, Муан ощущал все большую силу, наполняющую его призрачное тело. В какой-то момент силы стало столько, что он засветился. Тепло, исходящее от Шена, волнами накрывало его и дарило особый вид удовольствия. Наслаждаясь этим, Муан прикрыл глаза и произнес:
— Я был не прав.
Наступила тишина. Прославленный мечник мог бы еще долго нежиться в этих ощущениях, но вместе с тем слова Шена и его странное настроение разожгли любопытство, и он не мог не спросить:
— Так что случилось? Ты хоть осознаешь, что летел на мече и внезапно потерял сознание? Хорошо, что Ал подхватил тебя! И что ты такое говорил про мое тело?
— Мой предыдущий вопрос не был риторическим.
Муан попытался вспомнить, о чем тот говорил. В тот момент его сильно отвлекала напитывающая его энергия. Наконец, он вспомнил.
— Пришлось стать видимым, чтобы направить Ала. Этот оболтус положил тебя под деревом и стоял, как истукан.
