Злое колдовство полностью

– Ага, ага, ты заметила!

– Я тебе так понравилась?

– Да, среди ведьм ты просто приятное исключение. Обычно они старухи с крючковатым носом и узловатыми пальцами, а тут – да ты просто прелесть.

– Мерси, мерси.

– Ладно, шутки в сторону. Похоже, ты в серьезной опасности.

– Так что позволь мне поскорее стать невидимой и выбраться отсюда.

– Позволяю, – усмехнулся Миша, а потом вновь посерьезнел: – Мы увидимся? Только давай не в кафе и не в парке. Здесь слишком… простреливаемая зона.

– Тогда давай в библиотеке. Центральной городской.

– Сегодня в шесть. Должен же я знать, как ты добралась до дома.

– Хорошо. А теперь не мешай.

– Но присутствовать я могу?

– Можешь.

И леший Миша стал единственным наблюдателем того, как Юля превратилась в невидимку.

– Открыть тебе дверь?

– Не надо. Я пройду сквозь нее. Если откроешь – это может привлечь внимание киллера.

– Логично.

– Ну все, пока.

– Пока.

…Юля вышла из «Елочки» невидимая и взбешенная до самой крайней степени. В нее стреляют, когда она ест тефтели и пьет пиво! Ей не дают покоя какие-то сволочи! Ей, лучшей в мире ведьме!

Юля, не касаясь ногами травы, бесшумно обошла кафе. Она осматривалась в поисках следов киллера. Но, похоже, тот тоже был парень не дурак (кстати, почему парень? Юля читала, что киллерами все чаще становятся девушки, потому что это выгодно и стильно) и следов никаких не оставил. Юля мысленно чертыхнулась и, набрав высоту, полетела к выходу из парка. Не дали ей спокойно отдохнуть.

Ну ничего, она тоже умеет лишать спокойствия.

И в ближайшее время собирается это умение продемонстрировать.

…Свадьбу поначалу не хотели делать пышной. Но Дарья Белинская, которая просто обожала Денизу Грэм, настояла на том, чтобы свадьба Денизы и Сидора Акашкина была обставлена сколь возможно пышно.

Во Дворец Ремесла в Толедо выписали тринадцать флористов, которые должны были украшать живыми цветочными композициями два зала: один для проведения собственно церемонии, а второй – банкетный. Дарья собиралась пригласить на свадьбу подруги чуть ли не весь ведьмовской бомонд.

А пока Дарья Белинская устраивала размах и помпезность, виновники будущего торжества, жених с невестой, укрывались от нескромных глаз то в розарии, то в библиотеке. Потому что им просто не давали побыть наедине, а им этого так хотелось!

Сидору и Денизе нужно было поговорить о многом. Планировалось, что Сидор не вернется в Россию и тем более в Щедрый. Он останется во Дворце Ремесла и будет писать книгу о современных ведьмах. Дениза не сомневалась в наличии у возлюбленного писательского таланта. Она даже успела заключить договор с одним оккультным издательством на покупку будущей рукописи.

Сидору же казалось, что он при жизни попал в рай. С того дня, когда была изгнана Королева солитеров и Сидор обрел блаженство в ванной Денизы, нашего корреспондента не покидало ощущение того, что он вытянул самый беспроигрышный лотерейный билет. Он сравнивал себя с четвероногим персонажем повести Булгакова «Собачье сердце» и понимал, что между ними много общего. Правда, Сидор не собирался превращаться в Полиграфа Полиграфовича. Он и так почти всю свою жизнь и был таким Полиграфом. А теперь хватит! Прекрасная и благородная Дениза заполнила сердце Сидора новыми чувствами, интересами и желаниями. Даже Пулицеровская премия отныне потускнела в сознании Сидора. Наш герой… О, наш герой теперь читал Торквато Тассо и блаженного Августина, грезил о возлюбленной над письмами Абеляра к Элоизе и даже пробовал писать стихи. Стихами он неизменно подписывал открытки, изображающие котят в коробке конфет или медвежат в корзинке с гиацинтами. Эти открытки каждое утро он подкладывал под дверь Денизе, и та, в любовном ослеплении, считала произведения Сидора верхом интимной лирики.

До свадебной церемонии оставалась еще примерно неделя, и вот однажды утром Дениза не обнаружила под дверью очередной открытки со стихами от Сидора.

– Что такое? – обеспокоилась Дениза и отправилась искать возлюбленного.

Возлюбленный обнаружился в библиотеке с томиком стихов Валерия Брюсова. Глаза у Сидора были на мокром месте.

– Сидор, дорогой, что случилось? – бросилась к любимому журналисту Дениза.

– О Дениза, о! – простонал Сидор, роняя мутную слезу.

– Сидор! – посуровела Дениза. – Немедленно объясни мне, что произошло. Почему ты рыдаешь, словно аспирантка, провалившая диссертацию?!

– Я не аспирантка, – печально сказал Сидор. – Я хуже.

Дениза уселась к нему на колени, собственным носовым платком осушила Сидоровы слезы и потребовала:

– Рассказывай. Что сегодня пришло в твою гениальную голову.

– Дениза, – вздохнул Сидор. – Я недостоин тебя.

– В смысле?

– Во всех смыслах. Кто ты? Прекрасная женщина, остроумная, блестящая, очаровательная. И кто я? Неудавшийся журналистик, который был на полпути к безумию. Разве мы можем быть гармоничной парой? Я всегда буду чувствовать себя ущербным по сравнению с тобой. Во мне нет ничего такого, за что ты любила бы меня!