Когда подвижная сероватая дымка окутала нас, позади послышались быстрые шаги. Я крутанула головой, но конвоиры держали крепко, так что увидеть, кто приближается, не смогла.
Громов же сохранял абсолютное спокойствие, ухмыльнулся и, не оглядываясь, произнес:
— Решились-таки, ваша светлость?
— Не смогла устоять, — донесся голос Волконской. — Уж слишком велик соблазн поглазеть, как вы столь малым числом намерены разбить демонические силы.
Поравнявшись с нами, она зашагала возле графа. Рука покоилась на эфесе меча, голова постоянно оглядывалась в поисках опасности.
Лучники продолжали отправлять стрелы вперед. Такая тактика хороша против некоторых видов деморгов. Но в данном случае мы понятия не имели, кого сотворил демон червоточины.
Вскоре мечники вступили в бой. Спереди повеяло холодом, и я поняла — ледяные стражи.
Эти сотканные изо льда великанистые монстры не особо чувствительны к магическим ударам, зато довольно быстро сыплются от мощных физических. Тяжёлые мечники и кавалерия хороши против них, равно как и артиллерия.
Проблема в том, что подобраться к ним крайне сложно. Они атакуют и защищаются мощными длинными руками. Во-вторых, возле них становится ощутимо холодно, и тут уж не важно, какое время года. А ледяной пар, что они постоянно извергают, сковывает движения и ослабляет. Удары мечей и копий успешно блокируют ледяными щитами, которые создают словно из воздуха. И даже когда их сражают, то рассыпаются множеством осколков, убивая и раня людей, что, казалось бы, одолели их.
Лучники остановились, но не перестали посыпать стрелами. Я никак не могла понять, какой в этом смысл. Стрелы для этих великанов как иголочки. Вот если бы они метали палицы или ядра…
— У них особые стрелы, — пояснил Громов, заметив наши с княгиней недоумевающие лица.
Мы тоже остановились. Двинулись, только когда услышали торжествующие выкрики мечников. Те, очевидно, разделались с группой ледяных стражей и возобновили ход.
Вскоре случилась новая стычка, и снова пришлось остановиться и ждать, пока воины впереди разделаются с новой партией врага. Остановки по линии происходили неравномерно, отчего шеренга стала весьма неровной, волнообразной.
Скорость, с которой мы продвигались, удивляла. Уж больно резво солдатам удавалось крушить ледяных стражей. Я пыталась гадать, в чём их секрет? В особых стрелах? Может, те как-то ослабляют деморгов?
Волконскую тоже терзали подобные вопросы. В отличие от меня, она беспрестанно пытала ими Громова. Но тот лишь самодовольно ухмылялся и наотрез отказывался отвечать.
— Допустим, я признаю, что именно вы достойны возглавить русскую конфедерацию, ваше сиятельство. Могу в таком случае узнать эту тайну? — Глаза её косились на Громова, словно пытались высверлить информацию из его головы.
— Всему свое время, дорогая княгиня. — Ухмылка на его лице только росла.
Через два часа мы достигли ужасающего места. Перед нами пульсировала огромная шарообразная масса. Чёрная, зловещая. Казалось, она вовсе нематериальна. Коснись её пальцем, и тот попросту исчезнет.
Вокруг не было ни монстров, ни демона. Стало быть, он забрался внутрь, в свое собственное измерение, в свой зловещий демонический мир.
— Окружить! Окружить! — послышались приказы командиров. Голоса их были до крайности довольны.
— Ну, что скажете? — Громов обернулся к Волконской.
— Впечатляет, — кивнула та. — Ледяные стражи — опасные деморги. Их было очень много, и…
— Заметили что-нибудь? — перебил её граф.
— Ну… — Она огляделась сконфуженно. — Прошли быстро. Демона тут нет… И эм-м…
— Демона нет, — согласился Громов. — А чего ещё нет?
Волконская не нашла что сказать и молча ждала пояснений. Но я смекнула, к чему клонит граф:
— Трупов нет.
— Трупов? — фыркнула Волконская. — Так ведь деморги после смерти трупов и не… — Она осеклась, так как поняла, о чем речь. — Нет ни одной потери, по крайней мере там, где мы шли.
Громов сиял, упиваясь удивлением в глазах своей союзницы.
— Поверьте, их нет по всей линии соприкосновения, — заверил он. — А если есть, то немного.
— Как такое возможно? — Казалось, княгиня вот-вот набросится на Громова, дабы выпытать его секрет.
— Однажды узнаете, ваша светлость.
— Чтобы вы ни придумали, это явный прорыв в войне. — Глаза Волконской смотрели на Громова с нескрываемым восхищением.
Я тоже не могла отделаться от мысли, что зауважала его. Стало быть, не врал он, когда обещал потеснить марево. Через час-другой, потеряв демоническую подпитку, оно начнет рассеиваться. Эта земля будет считаться освобожденной.
Я — Фёдор
Большая часть пути пролегала по Псковской губернии. Володя менял четверку на каждой станции, щедро расплачиваясь за самых свежих и выносливых коней. Тем не менее тряска в карете заняла долгих восемь дней, так как он выбирал исключительно окольные дороги, где особо не разогнаться, а вот застрять — запросто.
Из кареты меня выводили только по нужде. Для этого с нами ехали двое нанятых Володей прислужников. Они же кормили и поили меня.