Остаток пути инспектор Бор много думал, изредка бросая косые взгляды на соседа. Допрос Саймаса кое-что прояснил, но многое еще оставалось в тени. «Он ссылается на незнание, но делает это как-то неуверенно. Неужели что-то скрывает?! Вряд ли, – как ему показалось, на вопросы толстяк отвечал вполне искренне. – Во всяком случае, деваться Саймасу некуда и он это должен понять. Что же он так испугался? Вон как дрожит, бедняга! Допустим, в свое время он, каким—то образом, избежал наказания, но ведь это вовсе не означает, что должен понести его сейчас… Быть может, чего-то или кого-то боится?»
* * *
По прибытии в Нью—Йоркский аэропорт, Харрис навел кое-какие справки и забронировал номер в отеле. На всякий случай, сообщив Саймасу в какой гостинице остановился, Бор расстался с ним, приказав тому сидеть дома, так как разговор их далеко не окончен. Взяв такси и на минуту заскочив в отель, инспектор помчался в клинику, куда, когда-то поместили необычных пациентов.
Да, в клинике еще помнили тех странных людей. Вскоре после доставки все они, один за другим, померли. В архивах хранились данные о результатах вскрытия. Однако когда их, по просьбе инспектора, попытались найти, медиков ждало фиаско. Все данные оказались стерты. Исчезли также дубликаты документов. Затеряться они не могли – в клинике поддерживался образцовый порядок. Врачи и персонал в растерянности разводили руками, не зная, что и подумать. Кому понадобились эти, казалось бы, бесполезные бумаги? И только инспектор Бор догадывался, в чем дело. Снова у него возникло ощущение чьего-то незримого присутствия. Кто-то шел за ним по пятам, опережал его и создавал вокруг «вакуум».
Вышел Харрис из клиники не в самом лучшем настроении. Солнце уже закатилось за частокол небоскребов, кое-где в окнах горел свет. Но до встречи с Фрэнсисом Саймосом еще оставалось время. Его потянуло на побережье. Каждый раз, когда он бывал в этом городе, а ему приходилось преодолевать Атлантический океан не так уж и редко, Бор старался выкроить свободную минуту и выбраться на берег залива.
Море искрилось под лучами заходящего солнца. Величественные небоскребы, казалось, вырастали прямо из залива. Особенно красивым зрелище представлялось со стороны воды. Захотелось прокатиться по заливу. Через минуту к берегу подошел прогулочный катер на воздушной подушке. Довольно резво он забрался на отлогую насыпь, устроенную специально для этого, и остановился метрах в пяти от кромки воды. Бор шагнул в сторону катерка, намереваясь подняться на борт, но вдруг остановился, как будто наткнулся на невидимую стену. Какое—то смутное воспоминание шевельнулось в мозгу. Оставшись стоять на месте, инспектор с интересом наблюдал за происходящим. Выгрузив группу туристов и дождавшись новой, амфибия, с легким шипением, поднимая фонтан песка, заскользила к воде. Бор бегом бросился к тому месту, где только что стоял катер. Как только он взглянул на след оставленный судном, все сомнения исчезли. Сжатый воздух! Вот почему преступники не оставляли отпечатков! И вот почему не слышал звука выстрела! Но возможно ли такое: преступник на воздушной подушке?! Ни о чем подобном он не слышал.
Отпирая дверь в гостиничный номер, Бор услышал настойчивую трель телефона. «Странно, – подумал он, – кто бы это мог быть? По-моему я еще никому не успел сообщить своего номера». В телефонной трубке, когда ее поднял, раздался взволнованный голос Фрэнсиса Саймаса: «Инспектор Харрис, наконец-то! Я знаю кто… я нашел… срочно приезжайте!»
Видимо, Саймас сильно волновался, не договаривал фразы и, в конце концов, повесил трубку. Не задерживаясь в номере Бор, спустился вниз и спросил у портье, далеко ли находится улица, на которой жил Саймас. Получив краткие разъяснения, спросил еще, не интересовался ли кто-либо его персоной. «Да, два человека, – был ответ. – Один звонил в холл гостиницы и спрашивал номер телефона… Другой приходил и интересовался, в каком номере остановился мистер Бор Харрис. Ни тому, ни другому отказано не было, так как в обязанности администрации входило давать различные справки».
Бор задумался: первый, судя по всему, Фрэнсис Саймас, а вот кто второй?.. Однако особенно раздумывать, а тем более заниматься расспросами, было некогда. По всей видимости, толстяк хочет сообщить ему нечто важное.
Фрэнсис Саймас жил один и занимал небольшую квартирку в цокольном этаже пятиэтажного дома. Инспектор пересек полутемный холл, никого не встретив, и спустился на три ступеньки. Дверь в квартиру Саймаса была приоткрыта, полоска света из комнаты освещала часть коридора. Бор толкнул дверь и сразу же увидел хозяина. Тот лежал на полу посередине комнаты, и из-под его головы вытекала струйка крови.
Глава 8
ИЗВЕРЖЕНИЕ
Сначала глухо, а потом все явственней раздавались громкие металлические удары. Жан открыл глаза. Стук не прекратился, даже стал более отчетливым. К нему прибавился нарастающий гул. Но может, этот шум только в его голове?! Она, казалось, вот-вот лопнет.
