– Сдурели, что ли? – усмехнулся молодой витязь, прикладываясь к ложу самострела. – Голой грудью да под стрелы? Трупами ров запрудить решили?
– Погодь, – нахмурился Кузьма, надвигая на переносье стрелку шлема. – Были бы так просты ордынцы, не стонала б Русь сейчас, словно косуля подраненная.
Кузьма не ошибся.
До кольев, торчащих на краю крепостного рва, оставалось не более пяти саженей, когда две змеи вдруг резко отвернули головы в разные стороны – и сотни стрел взметнулись надо рвом. Орда закрутила свою знаменитую «карусель».
– Ох, ёоо! – выдохнул Кузьма, приседая за тын и сдергивая вниз молодого витязя, завороженного невиданным зрелищем – тучей стрел, заслонившей солнце. – Вот те и голой грудью под стрелы!
Основной удар железных жал пришелся по проезжей башне – главной цели штурма. Сейчас с холма Субэдэ было видно, как две линии всадников превратились в два гигантских вращающихся кольца, похожих на змей, проглотивших собственный хвост. На стены города сыпался непрекращающийся град стрел, и лишь двускатная бревенчатая крыша над головами русских воинов, принявшая на себя основную долю навесного обстрела, спасала защитников от неминуемой смерти.
– Если бы не еда… – прошептал Субэдэ.
Если бы не приказ хана, желающего пополнить запасы в захваченном городе, крыша сейчас бы уже пылала, подожженная горящими стрелами, а ее защитники метались бы по стене, спасаясь от нестерпимого жара. Только непонятно, зачем они так густо устелили ту крышу дорогими мехами? Кичатся богатством? Что ж, тем хуже для них.
– Давай-давай, пришпиль шкурки понадежнее, – проворчал воевода, прячась за тыном. – Авось, когда до горящих стрел дойдет, оно нам пригодится…
В щель между крышей и тыном влетала лишь одна стрела из десяти.
– Дети шакалов! – застонал Субэдэ. – Проклятые кипчаки тратят стрелы впустую! Дай сигнал – бить только по живым целям, не давать высунуться!
Рокот барабанов стал отрывистее…
Дождь стрел внезапно прекратился. Беспрерывный стук по крыше сменился одиночными посвистами, которые порой заканчивались вскриком или сдавленным стоном.
– Силу показали, теперь по одному выцеливают! – заскрипел зубами Тюря, в бессильной злобе стукнув кулаком по длинной рукояти, на которую был насажен обыкновенный колун.
– Ты, парень, топор не забижай, он тебе еще сгодится, когда басурмане на стену полезут, – посоветовал оказавшийся рядом Игнат. – Ежели доберутся, конечно. А пока пущщай постреляют, пока наша ответка готовится…
– Выдвинуть камнеметы! – приказал Субэдэ. – Желтозубым – прикрывать орудия!
Плох тот торговец, который не умеет оружной рукой защитить свой товар. И плох тот воин, который не умеет торговать. Еще Потрясатель Вселенной Чингис-хан приказывал карать смертью всякого, кто обидит купца, имеющего ханский ярлык на торговлю. Плати пошлину, покупай ярлык – и торгуй на здоровье, води караваны хоть через Дикое Поле, хоть через весь подлунный мир – везде, куда дотянется рука Великого Кагана, будет тебе его покровительство и защита. Безбоязненно приходи в Орду, продавай заморские диковины, а главное – оружие и доспехи. Да не забудь рассказать о дальних странах, о тамошних людях, о том, как воюют они, много ли у них войска и не пора ли двинуть в те далекие страны пару-тройку туменов, пощипать непомерно обросших жиром и золотом эмиров, ярлов да королей.
Больше всего караванов шло из Орды на Запад… Само собой, неслучайно. Богаты польские паны и венгерские аристократы. А уж про германских крестоносцев и папский Рим и говорить нечего… Но пока пусть идут на закат торговцы, выменивают свое добро на чужое золото. Которое однажды, нагрянув из Степи, придут и заберут всё сразу непобедимые воины хана Бату. Но пока нужно хорошенько вызнать, как и каким оружием воюют в тех странах.
Много лет назад один из таких торговцев привез Чингис-хану неповоротливое устройство – аркебуз, мощный лук на деревянном ложе, стреляющий железными стрелами и круглыми пулями. Сперва посмеялся Потрясатель Вселенной – может ли сравниться эта неподъемная колода с молниеносным ордынским луком? А после призадумался. И заказал торговцу привезти еще.
Тот с радостью выполнил заказ, правда, после оказался не в меру болтливым – мол, самому Потрясателю Вселенной диковинное оружие поставляю! Но редко бывает, чтобы длинный язык довел своего хозяина до добра. Пропал торговец, словно мангус его языком слизал. Кое-кто из табунщиков видел далеко в степи породистого коня того торговца – да ловить не стал. Наверно, потому, что плохо ловить коня, у которого есть хозяин, пусть даже примотанный собственными кишками к седлу. Вот доклюют его курганники да черные орлы – тогда почему бы и нет.
Купец пропал – а оружие с необычным названием осталось. Как и вопрос – что с ним делать?
