Не могу я так больше. Не могу. Хочу быть живым человеком. Хочу избавиться от внутреннего опустошения. Хочу залечить измученное тоской сердце, наконец. Будто себя потерял. Таскаю тело своё по улицам, на работу, с работы. А душу мою словно кто-то украл…Сижу сейчас на работе в офисе за монитором. Обеденный перерыв, стук клавиатуры. На улице жара, в кабинете кондиционер. Вот и сообщение пришло о поступлении денежных средств на банковскую карту. Что ж, даже более чем достойно заработал. Но в последнее время мне просто невыносимо стало.Прошло больше двух лет с того момента, как я оставил работу фельдшером «Скорой», отработав в ней немного немало семь лет. Выгорел, сломался, возненавидел себя за потерянное время и за столь бесславный конец. Столько боли тогда было, гнева, ненависти, нервных срывов. Начал много пить после всей этой чертовщины.И вот в один из дней за бокалом крепкого алкоголя, перечитывая в социальных сетях истории от «скоропомощников», вдруг неожиданно поймал себя на мысли: «Я стал пить много не в период работы на «Скорой», а уже без неё. БЕЗ… НЕЁ…» И я не чувствую себя настоящим живым человеком ныне.А что же тогда делает нас живыми? Деньги? Уютный кабинет и комфортные условия труда? Почёт и уважение в обществе? Достойная зарплата? Нет! Не это. Людьми нас делают только настоящие чувства, эмоции.Знаете, когда я работал на «Скорой», то это были настоящие чувства, яркие эмоции. Если смеялся, то громко, запрокинув голову вверх. Если был в гневе, то крушил всё, что попадалось на пути. Если жалость, то до слёз. Если любовь, то на всю жизнь.А сейчас я офисный планктон. Растворился в бумажной волоките. И некоторые люди, которые меня сейчас окружают, тоже не кажутся мне настоящими, живыми. И я понимаю, что становлюсь похожими на них. Нет, не хочу. Не хочу быть таким. Ведь я совсем не такой, я знаю.Я всегда вступал на защиту своих коллег-медиков, когда кто-то на нынешней работе начинал беспочвенно их в чём-то обвинять. Однажды в зашедшем споре о «нехороших» врачах, не найдя больше достойных обвинительных аргументов, один «товарищ» сказал мне:- А ты, я гляжу, такой же г…н как и они!На что я посмотрел на него и ответил ему прямо, с внезапно возникшим комом в горле:- Да, такой же, как они! И не такая су..а, как ты…Это явилось переломным моментом как оказалось. «Скорая» не оставляла меня ни на день, в мыслях, в переживаниях. И уже невозможно было быть по ту сторону от неё…Недавно моя жена, понимая и видя мои тоску и переживания, обняла меня и сказала:- Хватит себя мучить! Себя и меня. Наплюй на деньги, возвращайся туда, где действительно твоё...Это слова человека, который по-настоящему любит. Слова настоящего живого человека. Ведь она тоже фельдшер «Скорой» и знает, какого это, оставить эту работу. Потому что сама уходила, но вернулась. А ведь я был против её возвращения, в глубине души понимая, что, подпитываемый её рассказами и «скоропомощными» историями, я сам могу сорваться и вернуться. Словно наркоман, не коловшийся несколько лет, но услышав лязганье иглы о железный лоток, побежавший за дозой. Я услышал своё лязганье.Да, я фельдшер Скорой Помощи. Я болен медициной. Но нет ничего более настоящего для меня, чем заветных шести огней над головой: солнца, луны и четырёх проблесковых маячков. И нет ничего более живого, чем делать всё возможное, чтобы кто-то жил дальше.Вчера написал заявление на увольнение. Плевать на деньги и светлый кабинет с кондиционером и компьютером. Я просто хочу быть живым человеком. Тем, кто я есть на самом деле, а не кем хотел казаться…
В приснопамятном 2005 году поставили мне на бригаду интерна, назовем его Иван Ивановичем. Получив бойца, говорю ему, что, дескать, Вы старший на бригаде, а я - санитар, масть приходящая, сижу, титульную часть в карточках заполняю. Дают по рации: "Ж,27, боль в груди". Приезжаем - отличный мастит двух недель отроду, 38.8, железы красные, налитые.- Ваше мнение, коллега. - спрашиваю интерна.Боец с умным видом поправляет очки на носу:- Ну... Надо отсасывать... (имея в виду, что надо кого то гнать в аптеку за молокоотсосом, и трудиться оператором доения)Мадам не теряется, кривясь от болей, выдает:- Пацаны! У всех троих отсосу, только сделайте что-нибудь!!!
Сейчас, чтобы тебя полностью обследовали, посмотрели узкие специалисты, сделали анализы, ЭКГ, КТ, УЗИ, глюкометрию, нужно быть вусмерть пьяным и валяться у всех на виду. Ибо наш Минздрав борется за таких "больных" больше всего - они же страдающие неизлечимым недугом люди.
