Кто бы что ни говорил, а весь коллектив разбит на некоторые "касты".Я давно свыклась и с теми у кого синдром Бога и со старичками нашей скорой и с вредными старожилами и со злюками-диспетчерами и со сплетниками, но никак не могу свыкнуться, что в коллективе есть крысы. Самые настоящие стукачи, которые вприпрыжку бегут к начальству докладываться. И вот, вроде бы вы все вместе только что, стояли, курили, шутили и смеялись, а вот тебя уже и вызывают "на ковер".Я пока тьфу-тьфу-тьфу на такое не попадала, но у меня на глазах такое происходит с кем-то постоянно. Как должен чувствовать себя человек, который целенаправленно идет выкладывать информацию главным о тех, с кем вместе работает? У меня в голове не укладывается сам факт, что среди нас есть подобные. И эта неприкрытая радость на лицах у многих, когда они узнают, что какой-то бригаде не повезло на вызове (скандал, жалоба на медика, психопаты-родственники, которые настучали во все инстанции, что при входе в квартиру они не надели бахилы). При этом наши дорогие коллеги-крысы делают такой надменный вид и рассказывают всем, как они бы на этом вызове поступили и что у них такого и в помине быть не могло и как бы они ловко там всех на место попереставили. Ох, сомневаюсь. Вот и приходится работать в таком гаденьком коллективчике. Не сомневаюсь, что есть места и лучше, но как говорится хорошо, там, где нас нет.
Дефибриллятор дефибриллировал, дефибриллировал, да невыдефибриллировал.
Пришла к нашему психотерапевту-сексологу девушка лет 25, заявившая, что у неё гормональный сбой. Как выяснилось, у неё есть сын, ему 3 года исполнилось.Девушка говорит, совсем не любит его. Даже временами ненавидит, когда он кричит, плачет или просто шумит. Её отвращает кормление грудью, кормила его лишь в первый год жизни. Даже смотреть ей на него противно, в начале думала - пройдет, а чем старше он становится, тем дальше она старается отгородиться.Чуть ли не плача, заявила, что это на неё порчу бывший мужчина навел - лишил материнского инстинкта. Теперь её все чаще посещают мысли отдать ребенка в детский дом, а муж у неё из принца в отребье превратился, работу бросил, днями сидит на диване, пьет и орет на неё из за сына, который ему чем-то мешает.Внимание, заключительная фраза девушки: "я, конечно, знаю, что обращаться к вам, все равно, что головой об стенку долбиться, но вы обязаны помочь мне, я не хочу, чтобы от меня муж ушел, а нервы у него на исходе".Продолжения не знаем, но пошли слухи, что психотерапевт теперь к психологу ходит.
Будучи даже обыкновенным средним человеком, врач все-таки, в силу самой своей профессии, делает больше добра и проявляет больше бескорыстия, чем другие люди. Единственный кормилец семьи тяжело болен, семья голодает, врач не берет платы за лечение. Несомненно, что и всякий другой сколько-нибудь порядочный человек при таких обстоятельствах не взял бы денег. Разница только та, что другой не взял бы, а врач не берет, - это очень немалая разница. Для обыкновенного среднего человека доброе дело есть нечто экстраординарное и очень редкое, для среднего врача оно совершенно обычно. У большинства врачей есть приемные часы для бесплатных больных, в большинстве городов существуют бесплатные амбулатории, и никогда нет недостатка во врачах, соглашающихся работать в них даром. По подсчету проф. Сикорского, в главнейших амбулаторных пунктах г. Киева (Красный. Крест, Покровская община и друг.) было подано в 1895 году свыше 138 000 бесплатных врачебных советов. Если оценить каждый совет только в 25 коп., если допустить, что у себя на дому и при посещениях врачи со всех берут плату, то все-таки выйдет, что двести киевских врачей ежегодно жертвуют на бедных около тридцати пяти тысяч рублей. Читатель, сколько в год жертвуете на бедных вы?Вересаев В.В. "Записки врача"
