От тяжких дум меня отвлек Мрак. Питомец с гордым видом показался среди густых зарослей с очередным тушканчиком в пасти. Отринув всякие сомнения, я быстро подобрал валяющийся кругом в изобилии хворост. Следующие полчаса ушли на попытку развести огонь. Это оказалось сложнее, чем я думал.
Ну, а когда соблазнительный запах жареного на костре мяса потек над оазисом, на небе уже было светло от высыпавших звезд. Сглотнув голодные слюни, мы с питомцем стали ждать, когда же можно будет есть. При этом Мрак смотрел на меня с видом заправского знатока, советующего переворачивать, чтоб не подгорело.
Первый прут достался варгу. Тот не стал мелочиться, сгрыз свою долю в пару секунд, и теперь кидал голодный взгляд на мою долю. Смилостивившись, я отдал и второй прут. Именно в этот момент возле источника отчетливо булькнуло, и на траву упала совершенно голая эльфийка.
Совпадение? Не думаю. Передо мной – один из лучников. Да еще и игрок!
Держа секиру наготове, я встал на ноги. Мрак, проводив оставшееся мясо голодным взглядом, испустил такой печальный вздох, что я чуть не прослезился от сочувствия.
Маринэ, эльфийка. Уровень 52.
Возрожденная пошевелилась, и я приложил лезвие секиры ей к шее.
— Не двигайся, — рыкнул я.
Не знаю, что она ответила, но хоть и звучало, как строчка из песни, очевидно ушастая ругалась сквозь зубы. А до меня дошло, что мы говорим на разных языках. И если это так, толку от нее не будет совсем.
— Твою мать! — плюнул я в сердцах. — Ты меня понимаешь, ушастая?
— Понимаю, орк. Убери оружие.
Судя по ярко выраженному акценту, у каждой расы действительно свой язык. Как же я это упустил-то?! И как играют изгнанные, если им приходится язык учить?
— Кто ты и откуда взялась?
Она медленно повернула голову и скривилась. А я смотрел на кукольно идеальное лицо и не мог вспомнить, где его видел. Большие зеленые глаза, длинные волнистые волосы, высокие скулы.
Пожалуй, если бы я был любителем греметь костями, счел бы ее привлекательной. Но в сравнении с Кри’зарой эльфийка явно проигрывала по всем статьям – ни груди, ни задницы. Еще и ребра торчат... Третий сорт не брак, в общем.
— Моего хозяина убили, — отозвалась она. — И меня тоже.
Кажется, я начинаю догадываться. Стоп!
— Твоим хозяином был Кри’шар, сын хана-аппи?
— Да.
Так выходит, у него не просто рабыня эльфийская была. Она еще и игрок?! Черт, люди, ну какие же вы извращенцы, мать вашу! Всегда знал, что за эльфов играют только больные на головы психи... Как можно добровольно отыгрывать раба?!
— Как можно отыгрывать рабыню? — озвучил я свои мысли. — Тебе самой от себя не противно?
— У каждого свои демоны, Тор’грамм, — пожала плечами Маринэ.
Судя по всему, она уже пришла в себя и почуяла, что убивать я ее не стану. Но это мы еще посмотрим.
— Кто убил Кри’шара?
— Эльфы.
— Как? — не стал скрывать изумления я.
Сын матриарха выглядел опасным парнем. Я бы поставил его в один ряд с моим виртуальным отцом. И какие-то эльфы сумели его прибить?
— Клан Урд предал Орду, — пояснила Маринэ. — Чтобы сбросить матриарха, нужен повод. Вторжение эльфов отлично для этого подходит. А без Кри’шара у Орды нет военачальника. По крайней мере первое время – так точно.
— Ладно. Предположим, я тебе поверю. Почему ты голая?
— Я была рабыней, а рабам не положены личные вещи. Кроме ошейника, конечно. Но со смертью хозяина он теряет свою силу. Так что меня перенесло к ближайшей точке со всем, что у меня есть. То есть, голую и безоружную.
— Итак, Кри’шара убили, а ты сбежала, — убрав секиру от шеи эльфийки, уточнил я. — Тебе нашли и убили орки?
— Нет, меня зарезали эльфы, — спокойно сообщила ушастая, поднимаясь с земли. — Сказали, что такой позор не смыть, и вскрыли мне горло.
— А ты та еще экстрималка, — покачал я головой. — Но раз уж мы пока еще говорим... Ты, очевидно, провалила расовую ветку, так?
— Именно.
— Но до того момента, пока тебя не увидели сородичи, все было в порядке. Верно?
Она кивнула.
— Все знают, что для обхода правила одной смерти рядом не должно быть никого из твоей расы. Ну и труп твой найти им нельзя, пока тело не возродится. А это три часа простоя. Так что ничего удивительного.
Ну да, я оказался прав. Впрочем, хорошо, что получил подтверждение. Это, разумеется, не значит, что поспешу подохнуть, но иметь в голове план отхода необходимо.
— И что дальше делать будешь? — задал я вопрос, убирая секиру в петлю на поясе.
Ушастая пожала плечами.
— Играть в свое удовольствие, разумеется. Если бы меня так беспокоило изгнание, я бы уже давно бросила этот аватар и начала заново. Нойлэнд – интересное место, тут есть, чем заняться помимо расовых войн.
Я понял, почему она меня так бесит. Очень уж манера подходила...
— Марина Евгеньевна, что ж вы так низко пали, — протяжно вздохнул я.
— Кто как развлекается, Тор’грамм, — со слабой улыбкой ответила Маринэ.
Ну да, мой-то аватар ей известен. Она же обязана следить за мной хотя бы по бумагам. Так что не удивительно, что сходу опознала своего пациента. Да и внешность у нас обоих почти не изменена, только расовые особенности наложены.
