Злой пёс. Плохой волк полностью

Ласка не могла отрицать, что ей доставляет некоторое удовольствие унижать мужчин. Возможно, это было в ней из детства, ведь будучи девчонкой, она натерпелась разного дерьма от таких вот здоровых мудаков, как этот Миша.

Но теперь ни один подонок не мог заставить её сделать что-либо без её согласия. Потому что у неё была Беретта92, смазанная и заряженная — её лучшая подруга, чью красоту она не видела смысла скрывать.

Её подарил ей господин Зорга, он же — подарил ей право применять оружие при необходимости. Но лишь в пределах Зверска.

Ласка: Надеюсь, ты сказала правду, Мари. Я оставлю тебе свой номер на случай, если ты вспомнишь что-то ещё.

Мари: Постой, как она…

Ласка пронзительным взглядом заставила лису замереть на полуслове: Кто-то изнасиловал её, покромсал и бросил на обочине.

Квартал Любви затих после бурной ночи. Вечеринка умерла, остался стыд.

Ласка держала путь в клуб “Милк”, на который указала Мари. Здесь же, через дорогу от клуба, располагался Бордель и пара питейных заведений, которые были по карману и хищникам.

Поход же в клуб “Милк” мог обойтись хищному обывателю в месячное жалование.

Крокодил Ганза, владелец клуба, по выходным завершал свои дела ближе к рассвету. Но к этому моменту клуб был закрыт, и лишь симпатичная дымчатая киска-барменша протирала столики, отходя после очередной дорожки стимулятора.

Киска уйдёт через пятнадцать минут, предварительно закрыв помещение, а Ганза уходил уже сейчас. Но, спустившись на первый этаж, у дверей он заметил суету — некая дамочка пыталась попасть в клуб.

• Добре утро, меня зовут Ласка. Я могу поговорить с владельцем этого заведения?

Как и любой зажиточный хищник, Ганза имел длинный список кредиторов, а посему — не спешил откликаться на чьи-либо запросы; мало ли кто может искать его в шесть утра в воскресенье.

Но затем Ласка добавила: Я от господина Зорги.

Ганза встрепенулся: Это я — владелец. Чем могу быть полезен?

Ласка: Этой ночью дочь господина Зорги — Малышка Зи — отдыхала здесь. По всей видимости случилось что-то плохое, и я должна восстановить хронологию событий.

Ганза покосился на Киску: Что-то… плохое?

Киска: Она с подругой была здесь.

Ласка: Вдвоём?

Киска задумалась: Малышка Зи… я могла видеть только то, что происходит у барной стойки, а она появлялась там всего пару раз. Но её подружка подцепила какого-то медведя — это я точно помню. Они трое суетились у барной стойки в общей сложности минут десять-пятнадцать.

Ганза: Если дело касается дочери господина Зорги — думаю, нам лучше присесть в зале, ни к чему стоять в дверях.

Ласка: Спасибо. Но лучше сразу покажите мне записи с камер.

Выяснилось, что камеры покрывали не всю площадь клуба. Ласка понимала, что логично было не ставить камеры в уборных, но… она сощурилась, пытаясь поймать взглядом крокодильи глаза: Вся VIP-зона не имеет камер?

Ганза: Это правило принято по многочисленным просьбам клиентов.

Ласка: То есть, если там случится что-то плохое…

Ганза: Ранее не случалось. И будем надеяться, что не случилось. Понимаю, что это очень не кстати, но в VIP-зоне у нас и в самом деле нет ни одной камеры. Вместо этого у посетителей есть кнопка вызова охраны, если им потребуется помощь.

Ласка: А где находится ваш кабинет?

Ганза помедлил с ответом, понимая, что может разозлить серьёзную гостью: В VIP-зоне.

Ласка: Не сомневалась.

В жопу себе засунь, — подумала Ласка, — свою кнопку вызова охраны. Клятые травоядные вечно трясутся за свою репутацию, но она-то знала, какие все они куски дерьма и на какую дикость способны.

Раньше хищники ели мясо, чтобы насытиться. Теперь же травоядные пускали кровь на сытый желудок.