Шариков глянул на улыбчивого Брагу:
Богдан:
Шариков:
Богдан предохранительно выставил лапы вперед и нервно усмехнулся:
Брага предложил сыграть партейку в классический покер, заискивающе поглядывая, на то, как лапы его ловко тасуют колоду.
Шариков отрицательно покачал головой:
Брага продолжал мешать карты
Шариков:
Брага:
Шариков:
Брага заговорил мягче, принялся медленно раскладывать карты в четыре стороны
Этот чёртов лис был прав.
Косой-младший, именуемый в узких кругах просто Младшим — вводил молодого лейтенанта в некий транс, в котором Шариков за один присест мог проиграть сумму эквивалентную его месячному жалованию.
Банки охотно выдавали молодым ментам кредитные карты с лимитом до полумиллиона.
Шариков окончательно размотал свою кредитку месяц назад и десятую часть зарплаты отдавал теперь банку за ежемесячный платёж.
Теперь оставалось только ждать зарплаты или занимать у друзей и знакомых. Молодой лейтенант шагал по жизни, прыгая из одной долговой ямы в другую.
Он молился глухим богам, чтобы по долгу службы ему не пришлось конфисковывать какую-нибудь кучу незаконных денег — в таком случае он бы вряд ли сдержался и присвоил бы эту кучу себе, чтобы затем бессмысленно проиграть её в карты.
Конечно, дело было не в зайце, а в самом Шарикове. Потому как и теперь стол этот и карты — с разрисованными суками-королевами и величественными клыкастыми волками в роли валетов — манили его к себе.
И едва ли дело было в попытке сорвать большой куш — Шариков никогда не питал иллюзий о безбедной жизни.
Карты были его каким-то непреодолимым подсознательным проклятьем. А сын мэра лишь умело пользовался этим, завидев на горизонте отчаянного игромана.
Шариков рыкнул:
По-хорошему молодому лейтенанту следовало выгнать этих двух раздолбаев и продолжить опрос Богдана в приватной обстановке. Но он что-то никак не набирался смелости и не знал, как следовало вести себя в случае, если лисы откажутся уходить.
Брага:
Богдан стрельнул глазами на товарища.
Шариков:
Богдан:
Брага:
Шариков:
Богдан:
Шариков:
Брага хохотнул:
