В течение следующего часа, а может и дольше, я погружена в очарование. Новаторский характер того, чего он пытается достичь, лишает меня дара речи, хотя я заставляю себя задавать вопросы. Мои самые смелые надежды на будущую карьеру никогда не касались ничего подобного.
К тому времени, как Габриэль хлопает меня по плечу, у меня пересыхает горло от разговора.
— Не хочу прерывать, но ты не хочешь заставлять Порцию ждать.
Мое сердце замирает. Точно. Чертов бранч.
Джейкоб кивает Габриэлю.
— Ты можешь отпускать ее каждое утро? С девяти до часу?
Габриэль размышляет, но это выглядит отрепетированным.
— Я не знаю. Ева, ты бы хотела здесь работать?
Это, конечно, ловушка. Я знаю это — я вижу это — но я все равно не могу не наступить на растяжку. Габриэль знает, что я не могу отказаться от этой возможности, даже если обстоятельства настолько испорчены, насколько это возможно.
Соглашаясь, я принимаю больше, чем просто работу. Это шаг к тому, чтобы стать частью этого места и превратиться в одну из тех счастливых женщин, которых я постоянно вижу, беззаботно принимающих свое пленение. Но так быть не должно. Нет ничего плохого в том, чтобы учиться, пока я здесь. Я смогу использовать то, чему научусь, когда сбегу.
Слова даже звучат пусто в моей голове.
— Да.
Он ждет выжидательно, и мой желудок переворачивается, когда я понимаю, чего он ждет. Здесь? Перед кем-то? Я облизываю губы.
— Да, Габриэль.
— Это моя хорошая девочка.
Он говорит это тихо, но не так тихо, чтобы Джейкоб мог это пропустить. Мое лицо пылает, и он ухмыляется. Ему нравится смущать меня, и делать это на публике, кажется, делает это еще веселее. Хотя я должна злиться, между моих ног пульсирует слабый пульс от обладания этим. Он хочет дать понять, кому я принадлежу.
Почему я не ненавижу эту мысль так, как должна?
Габриэль пристально смотрит на меня, и я не могу не задаться вопросом, читает ли он мои проклятые мысли. Воздух между нами напрягается, и он бросает взгляд через моё плечо на Джейкоба, прежде чем повернуться ко мне и вытащить что-то из кармана.
— Я собирался отдать это тебе позже, но… — он пожимает плечами и поднимает его.
Это ошейник. Его нельзя описать иначе, хотя он и красивый и нежный. Он черный, сделан из мягкого материала и инкрустирован крошечными сверкающими камнями в волнистом узоре. Он достаточно тугой, чтобы плотно обхватывать мое горло.
Габриэль проводит большим пальцем по краю, и блестки меняются, становясь темно-розовыми и переходя в новый узор.
— Тебе так понравились открытки, что я сделал это для тебя.
Водоворот бьет в мою грудь, закручивающийся торнадо замешательства. Это унизительно. Я не домашнее животное, чтобы водить его на поводке. Но это также чудо. Я протягиваю руку, завороженная, и касаюсь края, наблюдая, как рисунок превращается в яркие синие звезды.
— Это также практично и дает тебе некоторую свободу. Ошейник все время отслеживает тебя. У тебя есть обозначенная зона, в пределах которой ты можешь перемещаться — сады, рестораны, здесь — но если ты пойдешь куда-то еще, сработает сигнализация и оповестит Джильду. Тот же результат, если ты повредишь его или попытаешься снять. Теперь, когда у тебя есть это, ты можешь перемещаться по комплексу без меня.
Я вздыхаю. Он упустил свое призвание как продавец. Волшебное устройство, дарующее свободу. Не ошейник для слежения, гарантирующий, что я никогда не смогу улизнуть. Я протягиваю руку за ним и снова меняю дизайн. Колючие фиолетовые линии, хорошо отражающие мое нынешнее настроение.
— Это должен был быть ошейник, — не вопрос. Он мог бы отслеживать меня с помощью браслета.
Его улыбка становится злой.
— Конечно. Мне не терпится увидеть, как это будет выглядеть на тебе голой.
— Габриэль! — мои щеки не могли стать еще краснее.
— Господи Иисусе. Убирайтесь отсюда. Это моя лаборатория, а не чертово секс-подземелье.
Габриэль ничуть не смутился из-за комментария Джейкоба. — Она увидит тебя завтра.
— Замечательно. А теперь отвали.
Габриэль фыркнул, и я выбежала за ним из лаборатории. Как только мы вышли наружу, он быстро застегнул ошейник на моей шее. Защелка защелкнулась с решительным щелчком. Я только начала осознавать свои чувства по этому поводу, как Габриэль быстрым шагом направилась к ресторанам.
— Пошли. Не заставляй Порцию ждать.
Ева
Меня встречает гул женских голосов, когда Габриэль и я входим в элитный ресторан комплекса. Эта часть комплекса кажется средневековой по сравнению с научным зданием и футуристической лабораторией Джейкоба.
Стены представляют собой старомодные большие каменные блоки с растущим по ним плющом, и даже окна имеют форму арок. Я могу представить Рапунцель, сидящую в одном из них, свесив волосы. Пленница в красивой башне, как и я.
Внутри старомодная тема продолжается толстыми деревянными столами, приглушенным освещением и гобеленами на стенах. Красный парчовый ковер. Это очень мужское пространство, как что-то из «
