– Хватит ломать комедию! Гражданин Бражник, вы арестованы! – офицер направил на него пистолет Макарова. Аркадий скользнул взглядом по кисти правой руки Лианы, где на тонком пальце сверкнул кроваво-красным рубин перстня, и все понял. На несколько секунд его воля оказалась парализованной.
Григорию хватило паузы, чтобы защелкнуть стальные наручники на его дрожащих руках. Выпавший пакет с глухим стуком, словно комья глины о крышку гроба, ударился о пол. Покатились желтые лимоны, оранжевые апельсины и мандарины, сгустками крови упали лепестки роз.
– Ох, Лиана, погубила, зарезала! – в отчаянии произнес сожитель. – Я же просил спрятать подальше цацки, а ты нацепила их на себя, сверкаешь, как рождественская елка.
–Успокойся, это недоразумение, я хотела тебя удивить и очаровать, преподнести сюрприз, – покаялась любовница.
– Спасибо, и удивила, и очаровала на всю оставшуюся жизнь, – глухо выдавил он из себя.
– Драгоценные украшения для того и дарят, чтобы их носить, а не прятать в сундуке, – с обидой упрекнула она.
– Не умничай, – огрызнулся Бражник. Лиана обернулась за поддержкой к офицеру. – Подтвердите, господин майор, что они мне к лицу?
– К лицу, но это чужие украшения, снятые с Маргариты. Они, как вещественные доказательства, находятся в розыске.
– В розыске? – женщина замерла в недоумении и вдруг ее осенила догадка. – Убийца, маньяк. Не прикасайся ко мне, на твоих руках чужая кровь. Уйди прочь…
Чесняк расстегнула браслет наручных часов и швырнула их на пол. Затем судорожно принялась сдирать с пальца перстень с рубином, но он сидел слишком туго.
– Теперь я знаю, зачем она приходила, – прошептала женщина, глядя на Бражника со страхом и презрением.
– Кого еще черт принес? – разжал губы Аркадий.
– Твою жену, покойницу Маргариту.
– Ты в своем уме? – отпрянул он от нее, как от прокаженной, с трепетом взирая на майора.
– Она приходила за своим золотом. Вот так свадебный подарочек…
– Маргарита приходила во сне, а я пришел наяву, чтобы восторжествовала справедливость,– сурово изрек офицер.
– Не хочу тебя видеть, – заявила женщина любовнику и отвернулась с обидой и гневом. В открытую дверь вошел лейтенант Филько и, глядя на запястья Бражника в «браслетах» и пистолет в руке Резеды, все понял.
– Красивая женщина, красивая улика, – сказал, ни к кому не обращаясь, майор.
Пожалуй, только Алексей постиг смысл его слов. Уронив голову, Бражник понял, что наказание за убийство неотвратимо.
СУИЦИД ?
1
С тяжелым сердцем и мрачным видом сорокаоднолетний Георгий Кручина переступил порог кабинета с медной табличкой на добротной дубовой двери «Пухкало Наум Яковлевич, начальник отдела по учету и распределению жилья».
Увидел в торце большого полированного стола мужчину в темно-синем костюме во вращающемся мягком кресле. Клин света, проникший через жалюзи, отразился на его блестящей залысине. Перед чиновником на столе с часами, гроздью телефонов и письменным прибором лежали папки, стопки бумаг, а на приставной тумбе монитор компьютера «Samsung» с темным экраном. Он, скорее всего служил элементом интерьера, а не аппаратом для повседневной работы.
Георгий приблизился к чиновнику по мягкому зеленому паласу и подал листок бумаги с рукописным текстом заявления. Наум Яковлевич, нехотя водрузил на крупный мясистый нос очки в золотой оправе. Прочитал, беззвучно шевеля пухлыми губами, и небрежно отложил заявление в сторону.
– У меня уважаемый гражданин или господин таких прошений сотни, тысячи,– он указал усталым взглядом на гору папок.– Я не волшебник, чтобы всех наделить благоустроенными квартирами. Это в советское время, во время строительного бума сдавали в год по несколько тысяч квартир, очередь продвигалась быстро.
Нынче элитное жилье, да офисы сооружают строительные коммерческие фирмы. Если есть валюта, то покупай квартиру в одном, двух и даже в трех уровнях в самых престижных домах. Если нет, то, как говорится, гуляй Вася. Бесплатное жилье кончилось, рынок на дворе…Доллар всех взял за глотку.
– Но я ведь уже пятнадцать лет стою в очереди,– возразил Кручина.– Вначале был по списку тысяча пятьсот тридцать седьмым, и вот уже три года, как застрял на одиннадцатом. Неужели в год не сдается хотя бы по пятьдесят – сто квартир? Странно, даже те, кто стоял в очереди позади меня уже года два-три назад справили новоселье. Где же социальная или какая еще там справедливость? К тому же имейте в виду, я не господин, а товарищ. Господа на крутых тачках ездят.
Последнюю фразу Георгий произнес с вызовом.
– Не горячитесь, товарищ, новая революция нескоро нагрянет. Буржуи прочно взяли власть в свои руки, – иронизировал Пухкало.– У вас несколько искаженное представление о справедливости, которая не всегда совпадает с сутью закона, а нередко и противоречит ему. Я и сотрудники моего отдела в своей работе руководствуемся исключительно действующим жилищным законодательством. К тому же решения о выдаче ордеров принимает горисполком, а мы, скромные служащие, лишь представляем материалы. Поэтому все претензии к ним.
