— Чем же так не угодил Зловещий Змей другим Вседержителям? — в эту милую беседу вмешался молчавший до сих пор Королев, — Ведь он такой же, как и все остальные и, очевидно, имеет какие-то свои функции, подвластные только ему?
— Здесь я не могу ничего определенно ответить, поскольку сам ничего не знаю, — ухмыляясь, отвечал старец, — вероятно, ты сможешь разобраться в сложности поставленного тобой вопроса, если окажешься на месте и там задашь его напрямую «первоисточнику».
— Вполне возможно, — согласился «Избранный», прищуривая свой левый глаз, — так чего же тянуть? Где этот пресловутый портал? Пора отправляться в дорогу.
— А я? — попыталась настоять на своем Вика Багирова, вставая со своего места и подходя к столу, где был поставлен сундук. Открывая крышку, и пока кто-либо смог понять смысл ее неоправданного поступка, она взяла в руку одну Проклятую реликвию, — Как хотите, но я Королева одного никуда не пущу, а теперь, хочешь или не хочешь, но ему непременно придется следовать вместе со мной. Ведь не оставит же он меня в таком положении?
Семен с широко открытыми глазами наблюдал безрассудный поступок своей возлюбленной, но сделать ничего уже было нельзя: любимая им женщина, не подумав, приняла на себя Проклятие древних Богов. Хранитель этот поступок оценил по-своему, сделав это с высоты прожитых лет и непревзойденного никем жизненного опыта:
— Ну, теперь твой кавалер будет просто обречен на то, чтобы выполнить свою Великую миссию, иначе его душа будет до скончания века жестоко маяться, что не смогла спасти свою суженную. А ты милая, не изучив всех обстоятельств этого Зловещего дела, знай: что ты остаешься прикрывать тылы нашего прославленного героя, и, поверь, здесь от тебя ему будет много больше пользы, нежели там. Как хочешь, но туда ты не отправишься.
— Послушай, милая, — поддержал старца избранный полицейский, нежно обнимая и целуя в губы свою прекраснейшую избранницу, — дедушка прав. Будет лучше, если ты останешься на земле и вернешься домой, чтобы ждать меня там. Поверь, со мной ничего не случится: я очень везучий, а дело это я обязательно сделаю.
Вдвоем им удалось убедить своенравную женщину отправиться в Москву и заниматься ожиданием посланника, находясь у себя дома. Удостоверившись, что она приняла их увещевания к сведению и, вроде даже, одобрила их, Порфирий, предусмотрительно засунув сундук под печку, начал хлопотать с приготовлением ужина. Когда все было готово, и все основательно подкрепились — один для встречи с неизведанным, другая для долгой дороги домой — хозяин дома промолвил:
— Вот теперь, молодые люди, можно отправляться к порталу. С собой брать ничего не надо, кроме сухого пайка — из расчета на несколько дней, — и, доставая военный вещмешок зеленого цвета, он протянул его «Избранному», на забыв сказать последнее назидание, — а это я собрал тебе в дорогу, надеюсь, будет полезно. Там, в основном, находятся сухари и консервированные продукты, так что не переживай, они не испортятся, как бы там не было. Оружия никакого тебе не потребуется: там кроме Богов и душ усопших никого нет, а воевать с ними — себе дороже. Хотя что-то мне подсказывает, что с одним Богом сразиться все же придется.
Эта наставительная речь была произнесена несколько торжественным тоном, заронившим в сердца присутствующих некую грусть, предшествующую длительным расставаниям, сопряженными с опасностями. Королев взвалил приготовленную ему котомку на натренированное плечо и, сопровождаемый своими спутниками, отправился к порталу, ведущему в параллельное измерение, где до настоящего времени не довелось побывать ни одному из смертных.
Хранителю и его новоиспеченным товарищам пришлось пройти около одного километра, прежде чем они оказались перед довольно внушительных размеров колодцем, стенки которого поднимались на сорок сантиметров от земли и были изготовлены из выложенных друг на друга камней. Диаметр его составлял не менее полусотни метров. Вначале, когда они его увидели, искомый объект совершенно не показался чем-то уж необычным. Ну, довольно большой колодец: что ж здесь такого? Королев даже попытался шутить:
— Интересно, а он глубокий? А то ведь веревку-то мы с собой, опредленно, не захватили.
— Поверь, Сеня, — загадочно улыбаясь, отвечал провожатый, — веревка тебе не понадобиться.
— Но как же? — не унимался остроумный путешественник, готовый спуститься в мир неизвестного, — Я не понимаю? Одно дело — спускаться вниз бестелесной душе, и совсем другое — человеку из плоти и крови.
Порфирий ничего не ответил на это невольное замечание, предоставив новым знакомым самим улицезреть то, что ему самому давно уже было известно. Не прошло и минуты, как вся эта троица приблизилась к краю обычного, вроде, сооружения. Что же предстало зрению троих спутников внутри неведомого колодца?
