Как ни надрывался Пилигрим, как ни стреляли бойцы — сбить все три не удалось. Один из «дронов» добрался до головного фургона. Доля секунды — и он спикировал вниз с противным визгом.
Я не успевал даже поднять винтовку…
И в этот самый момент мелькнуло бурое мохнатое тело. Это мой Русый, оскаленный и серьёзный, как никогда, сжимая в зубах машинку, метнулся к стене прохода.
— Стой, дурак! — только и успел крикнуть я.
Меньше, чем через секунду, грянул взрыв.
Фургоны и багов опрокинуло на бок, люди полетели на землю… Именно это, пожалуй, и спасло нас от скальных осколков, брызнувших при взрыве.
А когда рассеялся дым, я обнаружил, что уже добежал… И стою в воронке на месте гибели друга. Я пытался высмотреть его останки, но от Русого не осталось ничего. Даже кусочка меха.
И пусть он скоро восстановится в Алтарном… Вот только помнить все эти дни он не будет. Он будет тем Русым, который был за день до нашего отъезда… И это будет чуть-чуть другой Русый.
А ещё этому наглому, дурацкому, но очень верному комку меха… В общем, наверняка было больно… А я не смог его защитить…
Вот он меня смог.
Я зло посмотрел в сторону долины с роботами и прошептал:
— А вот за Русого вы мне, уроды, ответите… Не знаю, как, но точно ответите!
Три дня мы уходили от погони. И эти три дня живо напомнили мне, чем плоха система долин…
В ней сложно затеряться.
Долины шли цепочкой с запада на восток, чуть забирая к югу. Да, можно было выбраться на плато и плоскогорья, попытаться скрытно пройти там…
Правда, не с багами и нагруженными фургонами. А я задался целью дотянуть всё снаряжение до дома. И пусть СИПИН не отвечал, но как выяснилось на первом же ночном привале у Алтаря — экспедиционные «плюшки» нам не отрубили.
Стоило что-то купить, как баллы тут же возвращались на счёт. А значит, закупаться мы могли в неограниченных количествах. И радостно кутнули на полную катушку, пополнив запасы патронов и оружия.
И теперь мы напоминали каких-то повстанцев из бурного двадцатого века. Немытых, бородатых (Кэт не в счёт!) и обвешанных оружием по самое не балуй.
Лично у меня было шесть револьверов. Два — на поясе, четыре — на груди в самодельной перевязи. Ох, и намучился я, делая эту перевязь…
Зато теперь мог экстренно, без перезарядки, выпустить в цель до тридцати пуль. А винтовок и ружей у нас стало по четыре комплекта на каждого из двадцати пяти выживших. И они были всегда заряжены! Всегда!
Ведь маленькие твари (вычеркнуто) взрывающиеся устройства могли настичь в любой момент.
И я уж не говорю про охотничьих роботов, которых пустили по нашему следу. Довольно неприятные создания, кстати! Такие же уродливые, как три их собрата, которые пытались задержать нас в долине. Правда, были «охотники» помельче, да и с меньшим набором вооружения. Зато двигались шустрее, чем «яйцетелые».
Почему так? Ни одной мысли в голове по этому поводу не было. У нас, в принципе, почти не было сил на посторонние мысли. Три часа сна, рывок чуть ли не галопом по пересечённой местности, где задача одна — удержаться в фургоне… Затем — поиск нового укрытия, где нас сложнее достать с воздуха…
В итоге, двигались мы даже быстрее, чем по пути в долину. Но усталость накапливалась с сумасшедшей скоростью.
Как и трупы товарищей за спиной.
Снова я был в горах, и снова меня гнали. Правда, пока что лишь из системы долин. Но это пока…
У роботов хватало дел. Всё-таки их приземление мягким не назовёшь. В итоге, большая часть кибер-ресурсов уходила на спасение «остатков роскоши» со станции.
Пилигрим, к слову, был уверен: будь у них время проверить местность впереди и учесть все нюансы — нас бы уже давно гнали в обратном направлении, раз за разом высылая волны техники к выходу на равнину. И вот тогда бы нам не поздоровилось…
Но случилось как случилось. И мы упорно двигались вперёд, теряя товарищей и надежду на победу.
А сегодня, наконец, выбрались в Большую долину, и стало полегче. Листва над головой хоть немного скрывала наше перемещение от наблюдателей в небе.
А факторию им, похоже, обнаружить не удалось. Мы до неё ещё не дошли, но были уже довольно близко. И пока не замечали впереди признаков кибер-активности.
Именно здесь, наконец, вышел на связь СИПИН. Прямо когда я слегка задремал на козлах фургона.
— Вано!.. Вано!.. Вано!..
— В жопу иди!.. В жопу иди!.. В жопу иди!.. — полусонно ответил я ему в тон.
— Есть связь! Это хорошо! Слушай внимательно! Связь может пропадать! На станции был подавитель сигналов связи, и он ещё работает! Я могу прерваться в любой момент. Доберись до фактории, где стоит Большой Алтарь! Там есть усилители…. Н… гут… О…
