— Ага — подтвердил таксист — Я вот думаю, что, если такую микстуру на поток поставить, так это можно очень большие деньги заработать.
— Нам с тобой они ни к чему, а Сашка больше, чем нужно для жизни, ни с кого не берет — отмахнулась девушка — Что до нашего общего приятеля — он в доме Ряжских обосновался. Меня заметил, поклон изобразил и очень гадко улыбнулся. Саш, ты был прав, он тебя ждет.
— Так и славно — произнес я, глядя на нее, но Носов, понятное дело, воспринял эту фразу на свой счет.
— Знаешь, я не самый лучший человек на свете — Илья Николаевич подошел ко мне — Всякое у меня за душой есть, да и людей я не сильно жалую, поскольку знаю, чего кто из них стоит. Но тебе я благодарен по-настоящему. Причем речь идет не о том, что я впервые за годы не испытываю боль. Я к ней привык, она стала частью меня. Нет, Саша, ты сделал кое-что большее. Ты подарил мне надежду на то, что я, похоже, еще задержусь на Земле, а это очень, очень дорогого стоит. Так что, если ты и сомневаешься в том, что я тебя отблагодарю, так это зря. Ты получишь все, что было обещано и даже больше, поверь.
— Поверю, почему нет — произнес я, стараясь, чтобы это звучало как можно искреннее — А кое-что вы прямо сейчас можете для меня сделать. Я собрался к Пете Ряжскому заехать в гости, так вы позвоните, предупредите его об этом. А то неровен час меня на порог не пустят, ссылаясь на позднее время. И еще пару ребята покрепче, если можно, дайте. Вдруг хозяин дома не выдержит, и прикажет своим охранникам немного меня подрихтовать. А то и чего похуже сотворить.
— Не могу сказать, что считаю данный поступок сколько-то разумным, но это твое решение — Илья Николаевич взял телефон, который ему подал Саша — И все же — подумай. Зачем тебе это нужно? Опять-таки ночь на дворе.
— Да тоже кое с кем надо рассчитаться сполна — пояснил я — И еще вот что. Я хочу озвучить вам пару личных просьб, которые пойдут в счет награды. Вернее, даже требований, как бы некорректно не звучало это слово.
— Каких? — заложил руки за спину Илья Николаевич и даже чуть подался вперед.
— Первое. Вы никогда не будете просить меня помочь еще кому-то, кроме вас. Неважно кому — друзьям, партнерам, очень важным людям. Я не стану этого делать ни на каких условиях, запомните это накрепко.
На самом деле я не сомневался в том, что хозяин дома неминуемо это условие нарушит, но меня это устраивало. Всегда нужно пространство для маневра, эту истину я усвоил давно. И если есть возможность это пространство расчистить, то надо это делать. Сказать «да» вместо «нет» я смогу всегда, только это «да» в свете произнесенного здесь и сейчас будет стоить в несколько раз больше.
Полагаю, и Илья Николаевич все отлично понимает. Даже уверен в этом.
— Хорошо — помедлив, кивнул Носов — Второе?
— Вы никогда не будете пытаться ограничить мою свободу — медленно, тщательно проговаривая каждое слово, произнес я — Если подобное случится, неважно в какой форме, все наши договоренности немедленно будут расторгнуты. И знайте — после этого я скорее умру, чем шевельну хоть пальцем ради того, чтобы вам помочь. Тем более, что я смерти не боюсь. Потому что она…
— Только начало — закончил за меня хозяин дома — Помню. И отчего-то верю, что в твоем случае так оно и есть.
— Именно — я протянул ему руку — Мы договорились?
— Договорились — он ответил на мое рукопожатие.
— А теперь звоните Ряжскому. Время-то и вправду позднее.
К дому Ряжских я добрался уже далеко за полночь. Сразу уехать из имения Ильи Николаевича не удалось, поскольку тот, радуясь тому факту, что у него ничего нигде не болит и в теле приятная гибкость появилась, чуть ли не силком усадил меня чаи гонять, с пряниками, коржиками, рогаликами и еще невесть чем. Оказалось, что Носов большой охотник до домашней выпечки, потому у него в штате домашней прислуги значится дама-кулинар, которая только тем и промышляет. И, заметим, квалификация у этой особы высочайшая, поскольку я чуть язык не проглотил, пробуя пряженцы, сочники, кренделя и небольшие сдобные рассыпные печеньки с экзотическим названием «кокурки». Кстати, в прошлый раз меня не так щедро угощали за столом. Как видно, подобную честь здесь еще заслужить надо.
Впрочем, я особо о потраченном времени не жалел. Во-первых, еда на самом деле была вкусной. Во-вторых, и главных, я вопрос по Римме детально обсудил, и теперь мне есть, что ей завтра сказать.
А еще под конец застолья Саша, который то и дело куда-то отлучался, принес и протянул своему хозяину пачку пятитысячных купюр. Хорошую такую пачку, больше стандартной как минимум вдвое, причем перетянутую бандерольной лентой. Ну, а тот, в свою очередь, положил ее на стол и подтолкнул ко мне.
— Вроде про деньги никто ничего не говорил — заметил я, пытливо глянув на Носова.
— Но и накладные расходы никто не отменял — резонно заметил тот — Ты упоминал о некоем корне, который очень дорого стоит. Надеюсь, я покрыл затраты?
