Захар. У Димона, во-первых, четверка. А во-вторых, это просто Виктоша придирается. Теперь будет знать, каких людей затирала!.. А чего ты, ма, грустная?
Людмила. Думаю: как же вы там будете одни, без родителей?
Захар. Ничего, ма, прорвемся! Дядя Коля делать «мельницу» научит, да, дядя Коля?
Николай Маленький. Ну, раз обещал…
Захар. А я Димона научу. Мы им там всем покажем, америкосам!
Николай Большой. Правильно, малыш. Пусть знают нашенских!
Людмила. Ну-ну, не очень-то там, со своим Димоном… Ох, сынуля…
Захар. Ты чего, ма?
Людмила. Уедешь – а мы как тут без тебя?
Захар. Сама говорила: когда мы отдохнем от твоих выкрутасов? Вот и отдохнете.
Людмила. Дурачок… Ладно, у меня там бутылка шампанского припасена; уж по такому случаю – можно. Даже тебе, чучело, налью – заслужил.
Захар. Нет, мне не надо: мы с дядей Колей «мельницу» будем делать.
Людмила. Вот и умница. А мы уж за тебя…
Оба Николая. Не стоит!
Каштанов
Людмила. Вот мужики пошли!.. Но все равно что-нибудь надо организовать. Пригласим на дачу родителей Димоновых, вас Николай и вас, Николай, ну еще Балабанова можно.
Каштанов. Нет, в четверг не могу. В четверг еду на «Мосфильм» договор заключать.
Людмила. Какой договор?
Каштанов. На сценарий. По моей книге.
Людмила. Неужто?!.. Почему я ничего не знала?
Каштанов. Да вот, как-то внезапно решилось.
Захар. Ну, поперло!
Каштанов. Да, поперло… А каникулы там у тебя зимой будут, в этой долине твоей?
Захар. Наверно. Рождественские.
Каштанов. Вот и хорошо, приедешь к нам на Канары, там круглый год лето. Поживешь у нас на вилле, на яхте поплаваем, рыбу половим, как Хемингуэй.
Людмила. Какая яхта, какие Канары, какая вилла, ты о чем?
Каштанов. Думаю, хорошая вилла. Барыги одного. И яхта его же… Но это не сейчас, это потом… После…
Людмила. Что ты загадками говоришь, какой еще у тебя такой барыга?
Каштанов. Это не у меня… Ну, это, в общем, неважно. Главное, теперь это все – нам.
Людмила. По-моему, все-таки ты меня разыгрываешь… Или это сон?
Каштанов. Нет, нет, это не сон, это такая явь… Такая вот странная явь…
Людмила. Как будто какой-то джинн из бутылки…
Каштанов. Да, вроде того. Только вот платить этому джинну…
Людмила
Каштанов. В сущности, пустяк… Пустячок один…
Людмила. Всё! Хватит говорить загадками! Давай, выкладывай все! Что-то здесь происходит, а я ничего не понимаю! Ну!..
Каштанов. Хорошо. Пойдем.
Людмила. Пойдем…
Николай Маленький. Постой, малыш, давай-ка мы лучше – «мельницу».
Каштанов. Да-да, ты лучше останься.
Николай Маленький. Становись, малыш… Следи внимательно… Вот так… руку заносишь так… Ногу в упор… А теперь – резко, вот так!..
Николай Большой. Полегче!
Николай Маленький. Не ушибся?
Захар
Николай Маленький. Говорю ж, парень – кремень. В батю своего.
Николай Большой. Это – да. Мужик!
Николай Маленький. Еще раз?
Захар. Ага.
Николай Маленький. Становись… Значит, вот так руку… вот так ногу… Заносишь… Подставляешь бедро… И – ррраз!..
Все понял?
Захар
Николай Маленький. Ну, передохни маленько.
Николай Большой. Мышцы бы ему, конечно, в тренажерном зале малость подкачать.
Николай Маленький. Подкачает.
Захар. А у них там, в долине, тренажерные залы есть?
Николай Маленький. У них там, брат, все есть.
Николай Большой. Но ты там все равно – таво…
Захар. Что?
Николай Большой. Родину люби, малыш.
Захар. Ага. Ну, встали?
Николай Маленький. Встали. Теперь ты давай. Руку – куда?.. Правильно. Ногу – как?.. Тверже, тверже… Куда, куда, куда? Не так ногу… Вот так, правильно…
Людмила
Вот! Соковыжималку я вымыла, остальное мы не трогали. Забирайте. Ничего вашего нам не надо. Ни выжималок, ни яхт ваших, ни барыг, ничего!
Захар. Ма!..