– Нет! Ириль существует, но не в таком величии, как было написано в книгах. Это край наших предков? Альхидов?
– Наших? Так ты из рода Асхаев – Данов? Ты наследник?
– Да, но я не тот наследник, и я не стану сарфином,– от стыда у парня загорелись щеки и заметно пoyтих голос.– Я даже не корсей.
– Двое?– прекрасная новость обрадовала собеседника. Похоже, история повторяется. Тогда колдун решил разобраться в непростой ситуации. – Если ты не корсей, но относишься к нашему роду, oтветь, как зовут твоего отца?
– Коссей Гадесисис, сын сарфина Аллеля,– ответил парень.– Сын наложницы и альхида, а моя мать – коссея Фрийя, дочь богатого торговца Ативтолия Саржи из города Диадон. Она так же не маг. Время магов уходит, к власти в этом мире пришли миряне.
– Коссеи? Время магов? Что ты такое говоришь, мальчишка?
– Мой отец не маг, но он сын правителя Аллеля. Этот титул узаконили недавно, когда в семье магов рождаются дети без магии. Эти высокомерные превалиры Мириды придумали титул для немагов. Известный борец за правду превалир Изимат и его брат Сихей – управленцы Дома Невест для Данов. Они сами решили избавить Мириду от бесчестья, но с полгода назад Изимат ушёл в мир предков. Я думаю это из-за Лютоса Великолепного. Он не хотел, чтобы его короновали, ведь он тоже не маг.
– Таким образом, ты остаёшься наследником? Ты же маг?
– Меня даже по имени не называют, не то что признать корсеем. Как только Аллеля не станет, Лютос все равно станет сарфином Мириды. Время магов уходит, – повторил мальчик.
– Зна-а-ачит, ты вто-о-рой сын? – сердце узника ликовало. О лучшем сюжете он и мечтать не мог. В голове уже сложился план мести, и он был готов к первым действиям, но остался один вопрос, что его терзал все годы заточения. – А кто же эта наложница Аллеля?
– Бабушку звали Вивея из Добрых полей, но ее давно нет,– ответил юноша. – Она умерла.
Новость сильно шокировала узника, хотя невозможно было предугадать его чувства. Лицо страшно смешалось в мешаную белую пузыристую массу. Стянутый уголок рта едва слышно издал жалостный стон. На месте лобных складок собрался мясистый сгусток наростов. Руки тряслись, сжимаясь в большие кулаки. Голос изменился. На месте Ликише любой другой парень или взрослый мужчина должен со страхом бежать без оглядки, но Ликише с любопытством всматривался в вымученное лицо узника.
– Не дождалась! Не выдержала! – с трудом подавив боль в сердце, узник обратился к собеседнику: – Скажи, мальчишка, где ты нашёл этот камень?
– Я… я нашёл в тайнике у дедушки. Он был… спрятан.
Ликише замялся, скрывая правду от незнакомца, но под пристальным взглядом узника солгать было крайне трудно.
– Ладно, оставим на потом, – узник тут же догадался, как камень попал в руки парня, но в этот момент его интересовало совсем другое:– А как она умерла? Наложница Вивея?
– Любимая женщина сарфина – так прозвали ее во дворце. По воспоминаниям дедушки, в круг почитаемых превалиров было подано прошение: признать наложницу сарфиной, но они отказали. Правитель стал заложником правящего совета превалиров, поэтому поступал так, как говорит ему совет, а после поддался и Альянсу. Он не смог защитить бабушку от взбешённых магов, что чтили традиции альхидов и никогда не пятнали свою кровь. Потом она родила моего отца. Больше детей у него не было. Но жадные к власти превалиры поняли, как удобно держать сарфина на коротком поводке, и продолжали управлять им. Много лет дедушка исполнял пожелания совета, но ничего так и не добился. Это изводило бабушку. Еще совсем малюткой она посещала мои покои. Это звучит странно, но я помню все ее песни! Традиционные песни из Ириля о змеях! У нее был приятный голос. Еще она часто рисовала и один раз изобразила меня в змеинном обруче вокруг змей. Помню ее истории о Змееносце, но, когда я вырос, Лютос, мой брат, дразнил меня. Называл меня этим уродливым змеем. Твердил, будто бабушка выпрыгнула из окна из-за меня, увидев мою змеиную голову.
– Змеиная голова?– удивился колдун.– Кто же твоя мать или отец, если…
–Говорят, что я проклятый, – начал юноша, опустив от стыда голову.– Любитель ползучих гадов. Сын мирянки-поломойки. Узнав это, моя бабушка покончила собой, не вынеся позора.
– Наглая ложь!– рявкнул бывший пленник, ещё сильнее сжав кулаки.– Вивея была не такая! Она прорицала появление великого ведьмака! Мага, который станет ужасом для этих подлецов! Единственный, кто принесёт спасение и справедливость нуждающимся мирянам. Возможно, ее убрали, чтобы она не мешала заговорщикам, которые хотят сохранить свою власть.
– Бабушка часто ко мне приходила после смерти. Я точно ее видел! – продолжал волновать узника Ликише.
– Ты видишь умерших? Кто-то об этом знает?– голос узника стал тихим.
– Нет,– заверил колдуна юнец.– За это меня могут отослать отсюда подальше. Я точно знаю. Хотя они и так перережут мне горло, как только святозары учуют новый всплеск энергии. Они давно этого ждали.
– Это ты верно подметил,– согласился колдун, вспоминая своё тяжёлое прошлое.
