Змей полностью

Все началось в один жаркий летний день. Кругом было тихо и безлюдно, как всегда бывает после полудня в крепости боярина Калоты и соседней деревни Петухи. Ничто не предвещало каких-либо происшествий. Крестьяне работали, кто в поле, кто в лесу, а сам боярин почивал в прохладных покоях своего замка. В эту пору ни один человек не отваживался шуметь. Даже кузнец переставал махать молотом, ковать лемеха и мотыги, чтобы не тревожить господского сна. Даже пчелы и те жужжали вполсилы, вроде бы шепотком, потому — худо, если Калота прогневается. Боярин спуску никому не давал — Да он собственного пса, самого злого и сильного из всей своры, велел увязать в мешок и бросить со скалы в реку только за то, что завыл в ночную пору на луну и разбудил хозяина. Старики тогда сразу сказали, что пес выл не к добру. А то с чего бы ему выть-то, коли ошейник на нем серебряный, с золочеными шипами и кормят его до отвала, да не чем-нибудь — живыми петухами?! Почуял пес беду, вот и завыл!

Толки эти дошли до боярина, и хоть он не показал виду, что струхнул, стражи у крепостных ворот поприбавилось. Бывало, там один только одноногий Бранко топтался на своей деревяшке, а теперь поставили еще и Стелуда, самого надежного боярского стражника.

Уж девять дней миновало с тех пор, как боярин Калота удвоил стражу у крепостных ворот, а никакой беды все не приключалось. Да и что может приключиться в такую жарынь, когда кругом ни живой души, а сам боярин вкушает сон и даже кузнец перестал ковать лемеха и мотыги?

Так рассудили и Бранко со Стелудом. А потому поснимали с себя кольчуги и сели играть в кости. И до того оба распалились, что не замечали, как орут.

— Пять и шесть! — радовался Бранко своему везению. — Плохо твое дело, Стелуд, бедняга! Во всей округе нет такого игрока в кости, как я!

— Это мы еще посмотрим! — не сдавался Стелуд.

Стучат костяшками, препираются, друг дружку в плутовстве обвиняют и больше ничего не видят, не слышат. И не обращают внимания, что в лесу кто-то зовет на помощь. Только когда голос раздался совсем близко, стражники побросали кости, вскочили на ноги и видят — бежит к ним деревенский паренек.

— Караул! — кричит. — Помогите!

А сам мчится, что есть мочи, хотя никакой погони не видно. Стражники на всякий случай поскорей натянули на себя кольчуги, подхватили копья с земли.

— На помощь! Скорее! — не унимался паренек. — Зико пропал!

А как подбежал, дух у него перехватило — слова вымолвить не может.

— Воды! Дай ему воды, Стелуд! — сказал Бранко. Вспомнил он, что холодная вода успокаивает.

И верно, как глотнул паренек студеной воды, так сразу пришел в себя и рассказал, что случилось. Пошел он вместе с Зико, своим дружком, в лес по дрова. Зико и говорит: «Приметил я возле пещеры громадное дерево. Давай срубим, дрова из него выйдут хорошие!» Витко — так звали паренька — сначала не соглашался: уж больно толстое было дерево, но Зико стал смеяться над ним, да подзадоривать, ну он и уступил. Замахали они топорами — тюк да тюк — и повалили дерево.

Пока Витко рассказывал стражникам, как они с Зико рубили дерево у пещеры, к крепостным воротам сбежалась чуть не вся деревня — небось, на всю округу слышно было, как он на помощь звал. А как услыхали люди, что произошло, расшумелись.

— Тихо вы, мужичье! — прикрикнул на них Стелуд. — Боярина разбудите!

Один крестьянин в штанах из козлиной шкуры мехом наружу — у него и прозвище поэтому было Козел — подскочил к Витко.

— Вы срубили священное дерево?! Да отвечай же! Срубили? — спросил он.

— Срубили... — ответил Витко. Крестьяне схватились за головы, заохали, запричитали:

— Ох, горе нам, горе! Беда!

— А Зико куда девался? — допытывался крестьянин по прозвищу Козел.

— Исчез он! П-пропал! — отвечал паренек, с перепугу он даже заикатъся начал. — Только разок крикнул, я оглянулся, я его уж и нету... И такой вокруг треск п-поднялся!..

— Да что трещало-то?

— Почем я знаю... — говорит Витко, а сам съежился, голову в плечи вобрал — подзатыльника опасается. — Никого не видать было, а треск и рев стоял такой, что я чуть не оглох.

— Не к добру это, люди! Ох, не к добру! — закричал Козел.

Тут из толпы выступил человек с расчесанной надвое бородой, такой огромной, будто у него была не одна борода, а сразу две.

— Я вот что думаю, — сказал он. — Давайте поклонимся боярину — пусть пошлет туда свое войско. Разбуди Калоту, Бранко!

— Да вы что, рехнулись? — огрызнулся Бранко. — Не зря боярин зовет вас олухами безмозглыми. Чего это ради буду я его милость тревожить? Велика важность — один болван сгинул в лесу, а другой с перепугу ума лишился! Да у нас дня не проходит, чтобы кто-нибудь не пропал в лесу. Кого медведь задерет, либо волк, кто грибами отравится, в реке утонет, в пропасть сорвется... А боярин из-за каждого свое войско посылай? Еще чего не хватало! А ну, проваливай отсюда! — Бранко наставил на толпу копье, да как гаркнет: — Разойдись!

— Послушай, — стал увещевать его Козел. — Одно дело — человек погиб, другое — священное дерево. Великая беда надвигается! Ты так боярину и скажи!