– Если ты выдашь их мне, как я хочу, тогда я разрешу тебе и твоим демонам уйти мирно и без всяких условий.
– Ну и предложение, – сказал лорд Брандок Дах. – Ты не шутишь? Повтори громче, чтобы мои родичи услышали.
Корунд повторил так, что демоны услышали его со стен.
Лорд Брандок Дах стоял несколько в стороне от Джасса, Спитфайра и их гвардейцев, и он сказал:
– Напиши мне грамоту, ибо я верю тебе на слово, но должен показать твою подпись братьям, чтобы они согласились.
– Пиши, – приказал Корунд лорду Гро. – Я учился писать лишь собственное имя.
Гро вынул чернильницу и большими красивыми буквами написал предложение Корунда на пергаменте. Корунд сказал:
– А теперь самые крепкие ругательства, какие знаешь.
Гро писал, пришептывая:
– Он над нами издевается.
Но Корунд сказал:
– Не важно. Такой шанс стоит использовать.
Он с трудом поставил свое имя под грамотой и передал ее Брандоку Даху.
Брандок Дах все внимательно прочитал, спрятал пергамент на груди под кольчугой и сказал:
– Это мне от тебя подарок на память, милорд Корунд. Он мне будет напоминать, – тут глаза его страшно сверкнули, – что пока в Колдунии есть живая душа, я должен показать миру, что может ожидать того, кто смеет делать мне подобные предложения.
Корунд сказал ему:
– Ты щеголь. Неудивительно, что ты предпочитаешь важно расхаживать под прикрытием, разодевшись, как женщина. Как ты думаешь, сколько блестяшек я оставлю на твоем щите, когда между нами дело дойдет до драки?
– Я тебе скажу, – ответил лорд Брандок Дах. – За каждый драгоценный камень, выбитый из моего щита, я привозил с войны сотню новых, отобрав их у своих врагов. За твои обидные слова, о Корунд, я попрошу тебя выйти со мной на поединок, здесь и сейчас. Если откажешься, значит, ты явный трус.
Корунд усмехнулся в бороду, но при этом слегка нахмурился:
– Ты думаешь, сколько мне лет? Я обнажал меч, когда ты был в пеленках. Взгляни на мое войско, увидишь, в чем мое преимущество. А меч мой заговорен, он не выйдет из ножен.
Брандок Дах презрительно усмехнулся и сказал Спитфайру:
– Хорошо запомни этого великого лорда Колдунии. Сколько пальцев у колдуна на левой руке?
– Столько же, сколько на правой, – ответил Спитфайр.
– Верно. А на обеих?
– До дюжины двух не хватает, – сказал Спитфайр. – Не сдюжит.
– Отлично сказано, – заметил лорд Брандок Дах.
– Приятно с вами говорить, – сказал Корунд. – Но ваши залежалые остроты меня не трогают. Было проще всего выполнить твою просьбу, хотя мудрость советует мне применить силу и сокрушить тебя.
– Ты меня скоро речами сокрушишь, – сказал Брандок Дах. – В общем, ты храбр, когда доходит до криков и ругани. Выпивоха, который не просыхает всю неделю. Боюсь, что драться ты не осмелишься.
– У тебя от этого нос не пухнет? – спросил Спитфайр.
Корунд только передернул плечами:
– Нечего меня искушать. Предлагаете мне одному драться с головорезами, а все мои преимущества – побоку? Я вам, демонам, такой услуги не окажу. Старый лис в капкан не попадется.
– Я так и думал, – сказал лорд Брандок Дах. – Скорее у жабы борода вырастет, чем вы, колдуны, осмелитесь выйти на поединок со мной.
Так закончились вторые переговоры перед стенами Эшграр Ого. В тот день Корунд снова предпринял попытку взять крепость штурмом, битва была жестокой, демоны с трудом удерживали стены. Но закончилось тем, что воины Корунда были отброшены с большими потерями. Ночью колдуны вернулись в свои шатры.
– Мое изобретение, – сказал Гро, когда они держали совет на следующий день, – совершенно не затронет казну, но должно нам помочь, если подумать. Надеюсь, оно тебе понравится.
– Выкладывай, – сказал Корунд. – Я оценю.
Гро предложил:
– Уже видно, что мы не свалим это дерево, если будем рубить над землей. Давай подкопаем корни. Сначала дадим им семь ночей, пусть обдумают свои шансы, пусть утром и вечером наблюдают за нашим войском. Потом, когда их надежды начнут таять от этого вида, и бездействие расслабит их, вызови их на переговоры прямо под стеной, и на этот раз обратись только к простым воинам. Предложи им самые щедрые условия, какие сможешь придумать. Все, что они попросят, мы дадим им за выдачу своих вождей.
– Это мне не нравится, – ответил Корунд. – Но это может сработать. Переговорщиком будешь ты. Я никогда с протянутой рукой не просил милости у простолюдинов, и сейчас не буду.
– Но это необходимо, – настаивал Гро. – Если они услышат тебя, то поверят, а мои слова примут за интригу.
– Пожалуй, ты прав, – согласился Корунд. – Но мне такое трудно переварить. Кроме того, моя речь груба.
Гро усмехнулся:
– Тот, кому нужен пес, обращается к нему «сэр пёс». Успокойся. Я тебя научу, что говорить. Это потребует меньше усилий, чем месяцы утомительной осады в морозной пустыне. Подумай о том, какой чести ты удостоишься, если повезешь домой в Карсэ связанных веревками Джасса, Спитфайра и Брандока Даха.
