Если бы Кора умела объяснить, какая кошка между ними пробежала, с удовольствием сделала бы это, но сколько ни думала, — и не смыкая глаз до поздней ночи, и едва проснувшись утром, — никак не могла понять. Она так ценила привязанность Уилла еще и потому, что он никогда бы не захотел от нее того же, чего некогда Майкл; его чувства сдерживали Стелла, его вера и, как с благодарностью думала Кора, совершенное безразличие к ней как к женщине.
— Будь я хоть головой в банке с формалином, ему это все равно, — призналась она как-то Марте, — потому-то он предпочитает письма личным встречам. Я для него лишь ум, а не тело, я в безопасности, как ребенок, — понимаешь теперь, почему я так ценю эту дружбу?
Она и правда в это верила. Даже сейчас, вспоминая ту минуту, когда все переменилось, она винила во всем себя, а не его: ей не следовало так на него смотреть, она сама не знала, почему так себя повела. Что-то шевельнулось в ее душе от того, как крепко он взял ее за талию, он это заметил и растерялся. Письма его и сейчас очень любезны, но все равно ей казалось, что прежней невинной и чистой дружбы между ними уже не будет.
Потом пришло письмо от Люка, и на этот раз в смятении оказалась уже Кора. Не то чтобы она не знала о его любви, он частенько с улыбкой делал признание, но на этот раз она не могла рассмеяться в ответ и заявить, что тоже любит своего Чертенка. И здесь ушла былая невинность и чистота. Хуже того, ей показалось, что он вынуждает ее принять решение. Все годы юности (которую у нее отняли) Кора подчинялась чужой воле, и вот сейчас, не успела она толком пожить, как хочет, а ее уже снова пытаются присвоить! Люк написал, мол, понимает, что его любовь безответна, но без надежды на взаимность такие письма не пишут.
Кора пересекла Стрэнд, нашла у собора Святого Павла почтовый ящик и несколько пренебрежительно бросила в него письмо, адресованное доктору Гаррету. За спиной ее послышалась музыка: на ступенях собора сидел человек в лохмотьях солдатского мундира и крутил ручку шарманки. Левый рукав был пуст, медали на груди блестели на солнце. Веселая мелодия приободрила Кору. Она подошла к инвалиду и положила ему в фуражку несколько монет.
