Полицейская под прикрытием должна внедриться в террористическую группу НСО для их захвата, не подозревая, что туда уже заслан агент ЦРУ. Чём же всё это обернётся?
– Вот он, – произнесла Дюран, приступая к трапезе.
Бетти Даулинг надкусила бутерброд, смотря на молодого мужчину, вошедшего в “Бургер-Кинг”. Ему было не больше тридцати, тёмные волосы были коротко стриженными. Одет в толстовку, джинсы и кожаные ботинки.
На талии сбоку прикреплена барсетка. Бетти была уверена, что в ней – пистолет.
– Симпатичный, – подметила она.
– Не позволяй его внешности одурачить тебя, – ответила Дюран. – Он кобра, иначе он не состоял бы в НСО.
Бетти сделала глоток молочного коктейля. Мужчина, которого звали Ларч Джефферсон проследовал к барной стойке, присел на табурет, и потянулся к меню, которое находилось за подставкой для салфеток. И как кто-то такой хорошенький может быть террористом?
– Он приходит сюда в шесть часов вечера каждый понедельник, среду и пятницу, как по будильнику, – сказала Дюран. – Мы думали, что девушка за стойкой может быть его контактным лицом из Народного Силового Общества, но не заметили ничего подозрительного. Надеюсь, он просто любит бутерброды.
– Они не такие уж плохие, – ответила Бетти и откусила ещё кусочек.
– Мы надеемся, что он приведёт нас к остальным, – Дюран отодвинулась. – Но пока безуспешно. До твоего появления.
Бетти кивнула. В животе появилось неприятное ощущение, словно внутренности сжались в тугой узелок, но она знала, что бутерброд тут не при чём. Это была реакция на то, что ей придётся стать подругой Ларча Джефферсона лишь для того, чтобы предать его. Дюран посмотрела на неё, беспокойно хмуря брови.
– Что-то не так?
Та покачала головой.
– Просто немного не уверена, готова ли я стать шпионкой. Это как играть не по правилам.
Дюран подалась вперёд и, уперевшись локтями в крышку стола, сощурилась, уставившись на Бетти.
– Если на то пошло, то НСО вообще никогда не играет по правилам, приятельница. Вспомни, что они сделали в прошлом месяце в Лос Анжелесе. Они застрелили охрану и двух невинных человек в банке. Так что не надо говорить мне о грязной игре. В борьбе с ними все средства хороши.
Во время обеда Ларч Джефферсон разговаривал с женщиной за стойкой.
Заказ, принятый от него, она записала в блокнот.
– Ларч был с ней в Лос Анжелесе? – спросила Бетти.
– Был, – ответила Дюран. – Полиция прижала ещё троих, но ему удалось уйти. Он скользкий тип, приятельница.
– Он стрелял в кого-либо? – спросила Бетти.
– И не раз. Я чуть было не решила, что у него своя карандашная фабрика.
– Убивал?
– Нет, – призналась Дюран. – Но разве это делает его ангелом? Скорее плохим стрелком. Что с тобой, Даулинг?
Бетти пожала плечами.
– Не знаю… он славный. И совсем не похож на тех, кто…
– Да он в свою мать пальнёт, если это пойдёт на пользу их делу. – Дюран сурово взглянула на Бетти. – Ты с нами или нет? Если нет, то лучше скажи об этом сразу. – Она посмотрела на свой мобильный телефон. – У тебя две минуты и тридцать секунд.
Бетти поднесла ко рту бутерброд, готовясь сделать ещё один укус, но поняла, что аппетит пропал, и поэтому положила бутерброд назад.
– Решай, ты с нами или нет, – продолжала Дюран. – Если ты трусишь, то нам не по пути. Может, это просто не твоё. Может, лучше вернуться в патрульное авто, снова надеть славную синюю форму.
Бетти перехватила пристальный взгляд Дюран.
– Я в деле, и выходить не собираюсь, – ответила она.
Вдруг она повернула голову в направлении входной двери закусочной – она распахнулась, и на пороге показались две женщины. Хантерс и Мак Бейнус.
– Они новенькие, – пояснила Дюран.
Обе были одеты в костюмы с пиджаками, из-под которых они извлекли пистолеты, направляясь к табурету, на котором Ларч Джефферсон дожидался свой ужин.
– Полиция! – Выкрикнула Хантерс, находясь позади него.
Он продолжал сидеть прямо. В закусочной повисла тишина. Все обратили свои взгляды к двум копам и мужчине. С колотящимся сердцем, Бетти отодвинула свой стул от стола. Мак Бейнус взялась за барсетку Ларча Джефферсона и сдёрнула её. Он хотел повернуться.
– Не двигаться, – скомандовала Хантерс. – Вы арестованы.
Бетти медленно поднялась, глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
