Люк выдернул ее из ментального ступора, впихнул в лифт, потряс ключами от номера у нее перед носом, приговаривая «хорошая девочка», словно она даун. Он был очень доволен собой. Он вынудил ее нарушить правило номер два. Правило номер один гласило: никогда не будь клубничкой — девушкой, которая трахается за наркотики, лучше уж родиться безногой, как те мазохистки на вечеринках Дональда. Правило номер два гласило: никогда не будь лошадью — девушкой, которая в случае опасности несет нелегальный товар, чтобы ее бойфренд не попался. Но ведь ей хотелось нарушать правила, не так ли? Она только что совершила самую большую глупость в своей жизни. Причем сделала это ради него. Совсем как в пошлой мелодраме.
В лифте он попытался ее поцеловать, и она решила, что они займутся любовью, но, когда они вошли в комнату и стали думать, куда бы спрятать сумку, ад снова вернулся. Если вы когда-нибудь бывали в номере дешевого отеля в Лас-Вегасе, то поймете, что там очень мало мест, куда можно спрятать огромное количество наркотиков, а у Люка их было столько, что одна лишь мысль о них могла отрезвить любого. Комната специально устроена так, чтобы вы как можно больше времени торчали в казино: смотреть здесь совершенно не на что. Непоколебимый в своих намерениях, Люк погрузился в разработку разных схем: кокаин можно насыпать в пакет и спрятать в сливном бачке, можно распороть матрас и запихнуть порошок туда или насыпать во все лампочки. Эти верные и испробованные на деле способы, объяснял он, передавались от одного великого барыги другому в золотой век расцвета наркобизнеса, считавшегося тогда благородной профессией, и… Все это она уже слышала. Спрятать наркоту в отвратительной комнате отеля можно было только с помощью волшебства, но ни Люк, ни Сандра колдовать не умели. Сандра встала и спокойно объявила, что пойдет искупаться в бассейн. Она была уверена: к моменту ее возвращения Люк все уладит. Она ушла, оставив его за отковыриванием стенных панелей.
Сандра камнем упала в воду. Смеркалось, вокруг никого не было — все сидели за игорными столами. Она сомневалась, что этот бассейн используют для чего-нибудь, кроме самоубийств. Небом служил порванный бумажный задник, приколотый к кирпичному потолку. Над пластиковыми скалами и искусственным водопадом, как зверь в зоопарке, пустынный ветер метался в поисках хоть одной не сделанной человеком вещи. В знак протеста зашуршали пальмы, но Сандра никогда не считала их настоящими — всего лишь неудачная задумка дизайнера: длинные палки с пучками растительных перьев на верхушке. Вот дуб — настоящее дерево с тысячелистной скрипичной армией. И сосны, рокочущие, словно… словно что? Словно духовой оркестр. А какие инструменты относятся к духовым? Боже, это похоже на помешательство! Там были трубы? Нет, она точно помнит гобои, кларнеты, тростниковые дудочки с мундштуками. Какое чудо — играть на траве! Она закрыла глаза и представила, что лежит у болота под сенью камышей и рогоза, вокруг настоящая живая вода, а не этот хлорированный неоновый ядовито-зеленый растворив котором даже плавать невозможно. Почему здесь все неоновое? Сандра попыталась плыть, плавала она всегда хорошо, но после двух гребков начала тонуть, причем погружалась в воду не горизонтально, а вертикально, с вытянутыми вниз ногами, как экспонат в формальдегид. Искусственная вода была слишком разреженной. С большим успехом можно плавать в воздухе, чем в этой жиже.
В комнате Люк смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Он был похож на крысу в ловушке, шерстка в местах, куда подключали электроды, опалилась. Несомненно, они снова заберут его для дальнейших опытов, и он знал об этом. Она пыталась помочь.
— Люк, давай уедем. Сядем в машину и поедем прямо в Айдахо. Я умею водить, я бы…
— Не хочу, чтобы ты вела машину. Переночуем здесь.
Непонятно, почему он не разрешает ей сесть за руль. Может, все дело в контроле, мужчины ведь на этом помешаны. Все равно спорить бесполезно. Люк насыпал две широкие дорожки кокаина. «Уж слишком большие», — подумала Сандра, но затем он разделил их пополам: две для него и две для нее.
— Теперь, детка, я собираюсь отдохнуть.
— Ты не отдохнешь, если примешь столько.
— Еще как отдохну.
— Давай ляжем спать и встанем пораньше.
— Хочешь, спи. Я немного поиграю. Но пойду один. А то еще спугнешь удачу. Могу дать тебе денег, если тоже надумаешь играть, только без меня.
— А я всегда считала, что женщины, наоборот, приносят удачу.
— Это лишь в дурацких фильмах. На, возьми.
— У меня есть деньги.
— Ладно, детка, встретимся здесь. Будь умницей.
